Лорд-обольститель

— Я уверена, мадемуазель Коллисон, что вы об этом позаботитесь. Мадам графиня говорит, что барон до небес превозносит ваш талант.

— Он очень добр.

— Он бы этого не делал в ином случае, мадемуазель. — Она опять улыбнулась. — Полагаю, вам не привыкать жить в домах своих заказчиков.

— Я только что приехала из замка Сентевилль, где провела почти три недели.

— Здесь уютнее, чем в замке, не правда ли? По этим старым замкам гуляют такие сквозняки…

— Здесь и в самом деле очень мило.

— Мадам графиня любит жить в комфорте.

— Простите мое любопытство, но я ничего не знаю относительно обитателей этого дома. Кто это — мадам графиня?

— Дальняя родственница принцессы, а также ее опекунша. Графиня выводит принцессу в свет, а в данном случае и устраивает ее брак. Принцесса — сирота. Ее семья пострадала во время революции.

— А вы — ее гувернантка?

— О нет, мадемуазель. Я — la gouvernante, что означает la femme de charge… управляющая.

— А, я поняла. По-английски это звучит как «экономка».

Она медленно повторила это слово, не переставая улыбаться.

— Теперь я буду знать, кто есть кто, — произнесла я. — И чрезвычайно благодарна за вашу заботу."

"— Я распоряжусь, чтобы вам прислали обед. Сегодня. А завтра мадам графиня отдаст соответствующие распоряжения. С принцессой вы увидитесь утром. В восемь часов принесут petit dejeuner и горячую воду. Это будет удобно?

Я заверила ее, что это чрезвычайно удобно, и она ушла, оставив меня наедине с моими мыслями.

Меня охватило чувство невыразимого одиночества. Я скучала по отцу. Где-то он сейчас, думала я. Быть может, готовится взойти на борт судна. А где сейчас Бертран? Наверное, уже едет домой, где сообщит домашним о намерении жениться на мне и о ссоре со всемогущим бароном, которого он поклялся больше никогда не видеть.

В замке меня принимали совершенно иначе. Я попыталась вспомнить волнение и тревогу, охватившие меня тогда, а также твердую решимость добиться успеха в создавшейся ситуации, затем возбуждение, смешанное с отвращением. И целая гамма иных чувств и ощущений. Все это привело к стремлению досконально изучить лицо этого безнравственного человека, способного на самые возмутительные выходки…

Но какой он был моделью! Мне начинало казаться, что его портрет стал моим высшим достижением на многие годы вперед. Когда еще мне доведется иметь дело с такой сложной личностью — безнравственной, жестокой, коварной, беспощадной… Достаточно было представить себе любое отрицательное свойство человеческой натуры, и оно неизменно присутствовало в его характере. И при всем этом барон любил прекрасное. Он честно оценил мою работу, нашел ее хорошей и тем самым опроверг расхожее мнение относительно того, что женщина должна занимать в обществе низшее положение, потому что мало на что способна.