Лорд Системы 16

Теперь бывшие детишки работали на Спарту, даже не подозревая об этом, взамен получая так необходимые им ресурсы.

Важно было сместить фокус местных игроков с разрушения на созидание. Переключить их на что-то другое, тем самым позволяя достигнуть нескольких целей за раз.

Во-первых, Азерот, получив, провизию и одежду, уже не так чтобы и рвался лезть и грабить охраняемые караваны Союза. Когда голод и холод не пожирали разумы игроков, то в их головах как будто бы прибавилось сознательности.

Так, тот же Проходчик за прошедшие месяцы не возглавил ни единого рейда против Спарты, нет, парень и его приближённые вовсю погрузились в охоту и исследование горных кряжей, где порой можно было встретить уникального монстра или и того выше, найти немало редких лечебных кореньев, трав и иные невероятные находки.

После чего уже Мирантис требовала отнести все эти дары на жертвенный алтарь в нескольких километрах от Азерота, куда впоследствии прибывали разведчики Спарты и обменивали шкуры, коренья и прочие материалы на еду, инструменты и всё прочее.

Простая и вполне действенная схема пошла на пользу всем и каждому. Уже сейчас можно было говорить о том, что стоит только снегам сойти на нет, как Азерот можно будет сделать частью Союза.

Подобное поглощение не должно вызвать особых проблем. Проходчик и другие детишки уже успели вовсю вкусить «свободной жизни», а простые же жители так и вовсе будут счастливы перебраться из пещер в настоящий город, в настоящие дома с каминами и прочими удобствами.

«Эх, скоро всему этому придёт конец», — печально вздохнула Мирантис, шагая под сводами пещер.

Здесь, в Азероте её почитали, уважали и ей же готовы были молиться. Не то, что в Спарте. Там всю власть над верой держала у себя Чёрти-что, как глава Пантеона.

Да, той же Мирантис и Уилсону доставалось внимание тысяч игроков, как ещё одним богам спартанского Пантеона, но это были капли по сравнению с Древним Ужасом. Не то чтобы Мирантис не понимала почему сложилась такая ситуация. Именно Древний Ужас спас Спарту в момент нужды. Не она, не уж тем более Уилсон. А Чёрти-что.

Да и о чём вообще говорить, если она сама, богиня красоты, какое-то время назад была врагом для Спарты? Пройдёт немало времени, прежде её примут «как свою».

Но память о былом могуществе не давала Мирантис покоя.

Только здесь, среди бедных и нищих игроков Азерота она столь отчётливо могла ощутить то внимание, которого она всегда так жаждала как божественная сущность. И это было почитание к ней, не как к части чего-то большего. Не к одной из представительниц Пантеона, а к ней и только ей как богине.

Богине красоты!

— Вы пришли с новым квестом, богиня? Или просто так? — невзначай поинтересовался Проходчик.