Лоза под снегом

– Нинель, я же не спросил вас, голодны вы или нет. Мне нужно, чтобы вы были на ужине в числе остальных гостей. Это служебное распоряжение, если хотите.

Нинель испытала приступ отчаяния.

– Почему вы не можете вернуться к себе? – Голос его изменился, стал жестким, требовательным. – Что там? Паук в паутине? Мыши? Тараканы? Что?

– Люди, – выпалила Нинель, которая вдруг как-то разом устала. – Там люди, с которыми я не хочу пересекаться. И рассказывать об этом не хочу. Это понятно?

Шеф, казалось, удивился. Еще бы, в последние лет двадцать с ним вряд ли кто-то смел разговаривать в подобном тоне. А может, и больше.

– Люди, значит… Ладно, спрашивать, какие люди, я не буду. Просто примем за аксиому, что вы не хотите возвращаться в свой номер. Он, кстати, где?

– В одном из гостевых домиков. Номер три, кажется, – выдавила Нинель, которую не к месту начало трясти.

Крупная дрожь сотрясала все ее тело, даже зубы застучали.

– И какого черта вас поселили вместе с водителями?

Ну да. Как же она забыла? За две недели работы успела понять, что Докучаев не упускает из виду ни одной мелочи, даже самой незначительной.

– В гостинице больше не было номеров. Я не забронировала заранее. Не знала, что тоже еду.

– Да, это моя вина. Я вам не сказал, – согласился шеф, и Нинель опять удивилась, что он может признать, когда в чем-то не прав. – Ладно. Сейчас я распоряжусь, чтобы ваши вещи перенесли сюда. И попрошу немного отложить ужин, чтобы вы успели привести себя в порядок. На полчаса. Хватит?

На вопрос Нинель не ответила, потому что сути сказанного не поняла.

– Сюда? Куда сюда?

Он обвел рукой пространство вокруг."

"– В мой номер. Если вы не заметили, он трехкомнатный, а мне одному три комнаты явно не надо. Спальню я вам, извините, не уступлю, после травмы спины не могу спать на диване. А вы выбирайте любой. Хоть в гостиной, хоть в кабинете.

Нинель смотрела во все глаза и молчала. Шеф, кажется, начал раздражаться.

– Что вы на меня уставились? Вашей девичьей чести ничего не угрожает. Просто других свободных номеров, видимо, действительно нет. Давайте выбирайте комнату и располагайтесь. Ваши вещи сейчас принесут. Можете одеться подемократичнее. Джинсы там, свитер. У вас есть?

Джинсы и свитер у Нинель были. Но форма одежды ее сейчас, пожалуй, волновала меньше всего.

– А ваша жена? – выпалила она, видя, как шеф направляется к двери.

Похоже, что он это все всерьез.

– Что моя жена?

– Она не будет против, что я тут ночую?

– Моя жена живет в другом люксе, – ответил Докучаев, и Нинель вспомнила, что это действительно так. Она же сама их бронировала, эти чертовы номера. – И вообще, не имеет значения, против моя жена или нет. Во-первых, свои решения я всегда принимаю сам, а во-вторых, мы разводимся.

Докучаев разводится с Паулиной? Вот это новость.