Ложь напрокат

Я машинально нагнулась, еще толком ничего не соображая, стала поднимать покупки, краем глаза наблюдая за женщиной и не вполне доверяя себе. Она все смотрела и смотрела на меня, а Сергей на полном ходу крутанул руль вправо и сбил эту женщину. Понимаете?! Он ее сбил намеренно! И моментально скрылся. Я успела заметить, что номера заляпаны грязью. Но машина точно наша. У нее было разбито правое крыло – Сергей учил меня парковаться, а я перепутала педаль тормоза с педалью газа… Столб пострадал. И лоб Сергея. Еще у нас багажник приметный… Ну да это неинтересно. Короче, наша машина. Я все сумки побросала – и к женщине. Еще несколько человек подбежало. Все суетятся, кто-то «скорую» вызвал. Милицию, наверное, тоже. Потому что она одновременно со «скорой» приехала. А на меня столбняк напал. Верите, сама на себя смотрю. Почему-то я сразу поняла, что женщина мертва. Отошла в сторонку, стою и сама этот холод смерти ощущаю. При этом полнейшее равнодушие к происходящему. Врачи около моего тела… Ой, вот видите? Даже сейчас себя с ней отождествляю. В общем, меньше минуты возились. Вытащили носилки, положили на них, закрыли простынкой. Один из милиционеров – тот, который вначале толпу от тела оттеснил, стал спрашивать, знает ли кто погибшую, видел ли, что случилось. И вдруг я слышу, как кто-то из толпы говорит: «Записывайте. Королькова Татьяна Юрьевна» – и диктует мой домашний адрес. Пригляделась, а это Александр Ильич из нашего подъезда. С третьего этажа. Свидетелей наезда не нашлось. Странно. Наверное, люди просто не хотели связываться. А я – просто не могла. Нашла в себе силы развернуться и уйти. Сумка, деньги, продукты – все, что бросила, так и осталось на земле валяться. В голову не пришло поднять… – Танюша замолчала. Взгляд ее стал отрешенным – наверное, заново переживала страшные события той пятницы. – Вы на меня не сердитесь. Никак не могу взять себя в руки.

Мы протестующе замахали руками, изобразили глазами крайнее удивление тому, что нас могли заподозрить в нетерпении. Для верности еще и недоуменно пожали плечами. И все это – не раскрывая ртов. Чтобы не брякнуть что-нибудь не то, не задать вертящийся на языке вопрос.

– Как вошла в метро, и не помню. Талончик у меня в кошельке был. Села в поезд, каталась, каталась, где-то делала переходы – совершенно бездумно. Просто уговаривала себя не думать ни о чем. Почему-то казалось, что через три-четыре часа приду в себя и тогда будет легче принять решение."

"Вышла я на станции «Измайловский парк» и увидела Измайловский гостиничный комплекс. Вот тогда-то и пожалела, что оставила сумочку… От звона мобильника чуть в обморок не хлопнулась, но вспомнила, что его в магазине из сумки в куртку переложила – он мне кошелек мешал вытащить… Не отвечая, выключила телефон.