Ложь напрокат

Максим неожиданно прибыл раньше меня и встретил хмуро: «Займись с главным бухгалтером очередностью платежей, потом проанализируем кое-какие балансовые цифры. И научись, в конце концов, врать самостоятельно. Я в твою группу поддержки не вхожу». Наверное, бедолагу выгнали из дома. Что-нибудь соврал неудачно. Ему у меня еще учиться и учиться. За последнее время слишком много событий, выбивающих из разумной колеи. Поневоле заврешься. Не ради себя же."

"Так… Все в сторону. Завтра отъезд, сегодня – только работа. Тем более что забыла взять у Натальи свидетельство о рождении Татьяны. Можно было бы уточнить место нахождения ЗАГСа. А еще таможня! И тут меня прошиб холодный пот. Какая самонадеянность! Какое самолюбование! Учиться у меня вранью! По дороге на работу Димка, приняв мою задумчивость за результат переутомления, предложил закинуть в таможню Седых Оксане Романовне случайно прихваченные мной документы. У него сегодня почти свободный день. Я машинально сунула ему папку и тепло поблагодарила за заботу. Дрожащей рукой набрала телефон мужа и с облегчением вздохнула, услышав голос медсестры Светланы Васильевны:

– Дмитрий Николаевич! Вас к телефону.

Захлебываясь словами – они не успевали за мыслями, я поведала мужу о необходимости срочного возврата мне документов. Шеф едет на таможню сам. Ему не нравится, когда сотрудники допускают в рабочих моментах промахи, а исправлять их поручают родственникам.

Через полчаса документы были в руках у шефа: Димочка воспользовался услугами санитара, наказав передать папку из рук в руки мне или Максиму Максимовичу. Шеф попался санитару раньше меня, всклокоченный парень случайно наскочил на него в проходной.

– Ты где-то подрабатываешь? Только честно.

Вопрос шефа вызвал у меня совершенно искреннее изумление.

– Или готовишься перейти на другую работу?

Я лихорадочно перебирала в уме причину странных вопросов. Пока причина эта не шлепнулась передо мной в виде знакомой синей папочки.

– Извини. Я ведь только сегодня поняла, что надо учиться врать самостоятельно. Сказал бы раньше. Это, – я потрясла тоненькой папочкой, – последствия вчерашнего вранья мужу. Тогда я еще не знала, что ты вышел из группы поддержки. Больше ни слова лжи. Даже если вы, Максим Максимович, очень попросите…

Весь день прошел в суете и без обеда. Вечером, сидя рядом с мужем в машине, я занималась самобичеванием – жизнь проходит мимо. Вот вчера даже дочь уехала к бабушке и братику и осталась там ночевать. Бабушкины пирожки такая приманка! А я могу в лучшем случае купить торт. «И еще гору продуктов, – тут же заступился за меня внутренний голос. – И приготовить завтрак и ужин. А по субботам и воскресеньям – обед, стирка, уборка…» Весь дом, по сути, держится на мне. Кроме ведра с мусором.