Лучший друг моего парня

Почему он его вообще терпит?

Мне всегда казалось, Мирон умеет решать свои проблемы и не допускать возникновения новых. Он вообще миротворец, не конфликтный. Как скажет что-то своим тихим бархатным голосом, так все сразу втягивают головы в плечи и смотрят на своего лидера или оппонента, смотря кем он является в данную минуту, поджав хвост, как верные псы.

Нервный смешок невольно слетает с губ. Саша недобро косится в мою сторону, продолжая тащить меня за собой.

— Кто это? Почему я раньше их не видела? — спрашиваю, когда мы наконец останавливаемся за спинами зевак. — Что они не поделили?

Я растираю предплечья, ёжась от холодного ветра, и прикидываю, где осталась машина Соколова. Скорее всего, его телефон лежит в салоне. План убраться подальше всё ещё в силе. И после обидных, раздирающих душу на тысячи кусочков слов, хочется как можно быстрее воплотить его в реальность.

Саша достаёт сигарету и пихает в рот, задумчиво поглядывая в сторону образовавшегося круга, в центре которого стоят три фигуры. Мне приходится встать на цыпочки чтобы разглядеть происходящее. Ева виснет на Змее, не оставляя попыток увести его, а Мирон, встав в свою любимую расслабленную позу: широко расставив ноги и чуть откинув голову назад, с интересом наблюдает за нападками блондина.

— Старая компания. Бывшие друзья Гейдена, — после недолгого молчания произносит Саша.

Как интересно.

— Почему бывшие? Из-за неё? — киваю в сторону белокурой головы.

— В жизни все проблемы из-за баб, — выплевывает Соколов, переводя на меня взгляд полный ненависти.

— А я думала, все проблемы от отсутствия мозгов, — у каждого своя правда.

— Ты не выполнила условия, Ангелина. Можно сказать, не прошла проверку. Гони карту.

— Чёрта с два, — теперь настала моя очередь плеваться словами. — Ничего не было. Я столкнулась с Ильёй, потом подошел Мирон. Он был с Евой.

Запустив ладонь в карман, проверяю, не потеряла ли я карту, когда падала. На месте."

"Саша прищуривается, ничуть не купившись на мое враньё. Нет, ну если он полезет отнимать карту, я её, конечно, отдам. Или дам дёру. Уже пробовала. Бегать с деньгами от мажоров у меня получается отлично.

Что за жизнь?

Где мой плед, мягкая кровать и немного спокойствия?

Ледяной ветер пробирает до костей и треплет кончики влажных волос, порывами бросая их в лицо. Они попадают мне в рот и лезут в глаза. Но взгляда я не отвожу, открыто смотрю на Соколова.

— Похоже на правду. Ты ведь для него никто, — повторяет обидные слова Соколов, внимательно следя за моей реакцией. — А малышка Ева всегда была особенной.

Произнося её имя, он улыбается.

Какого чёрта они все улыбаются при упоминании этой девчонки?

— Что-то к Еве ты не шибко ревнуешь.