Лучший друг моего парня

Он уже озвучил своё предложение, и не думаю, что за одну ночь, проведённую в разлуке со мной, и пару пропущенных вызовов, вдруг передумал и изменит своё мнение на иное.

— Пусти.

— Идём со мной, — твёрдо говорит Гейден, стискивая мою руку сильнее.

— Ты делаешь мне больно.

— Я ещё не начинал.

— Мирон, ты на машине, подвезёшь меня сегодня? — встревает Вика, стараясь перетянуть одеяло разговора на себя.

За что я ей сейчас очень благодарна. Но понимаю — этот номер не пройдёт."

"Мирон взбешён, разве что пар из ушей не валит. На бледном лице залегли тени, будто он не спал всю ночь. Белки глаз налиты кровью из-за полопавшихся капилляров. Губы сжаты в плотную плоскую линию, а щеках играют желваки. Энергия ярости, исходящая от парня, впивается в мою кожу и просачивается внутрь. Я тоже завожусь.

Он не имеет права меня трогать. Приказывать. Диктовать условия.

Я не его ручная игрушка.

— Вон, подвези Вику. Она будет рада, а от меня отвали, Гейден. Или ты забыл, что мы с тобой уже всё выяснили? Напомнить, на чём остановились? — произношу вкрадчиво, приближая своё лицо к лицу Мирона.

Между нами остаётся сантиметров десять, не больше. Губы покалывает, Мирон смотрит на них всего мгновение, а затем опять возвращается к моим глазам. Встряхивает как куклу и тянет за собой.

— Появились новые вводные, — бросает объяснение.

Как всегда, в своём стиле! Только вот мне не становится более понятно хоть что-то.

Между лопаток жжёт от взглядов Вики и Марики, до ушей долетают обрывки их разговора. Они тоже недоумевают. Озадачены.

Мне кажется, нас даже снимают на телефон, пока мы пересекаем университетскую парковку и приближаемся к чёрному «Порше Кайену». Не отпуская мою руку, Гейден распахивает дверь машины и буквально запихивает меня внутрь.

Если честно, я и не особо сопротивляюсь. Не хочу привлекать внимание. Представляю, что будет, если нас правда кто-то снял и это видео дойдёт до матери Соколова, а ещё хуже — до самого Саши. Не нужны такие потрясения только что пережившему аварию парню.

Мирон садится на водительское сиденье и заводит машину, резко выкручивает руль, разворачиваясь. Я не пристегнулась, и меня кидает вперёд.

— Останови чёртову машину! Я никуда с тобой не хочу ехать, Гейден! Накаталась уже! Останови! — кричу истерично.

Мирон сдавливает руль до неприятного скрипа кожи, но ударяет по тормозам, останавливается сразу за углом университета. Прижав к себе сумку, смотрю на профиль парня, игнорируя учащённые удары сердца.

В образовавшейся тишине слышны лишь звуки проезжающих мимо машин и наше частое дыхание.

— Что с твоим голосом? — первым прерывает молчание Мирон.

— Не твоё дело.

— Было бы не моё, не спрашивал бы, — отвечает резко и поворачивается.