Лучший друг мужа

Я почти чувствую его прикосновение, давящее и усмиряющее… Кирилл касается именно так, как хозяин и В следующее мгновение мужской взгляд темнеет, напитываясь горьким сумраком, и Кирилл закусывает нижнюю губу, выдыхая с блядской оттяжкой.

– Просто выбери – мудак или ангел, – Кирилл опускает глаза ниже, проклиная мое спортивное длинное платье, которые не может ничем ему помочь.

А я впервые за весну рада, что вынуждена ходить в спортивке, а не легких струящихся платьях, которые так люблю. Туника, кроссовки без шнурков и ветровка – для грубых фантазий Кирилла тут никакого простора, как и в моем аккаунте.

– Мудак, – бросаю я ему, чувствуя себя маленьким ребенком, которому все же удалось за себя постоять и дать сдачу.

Я трогаюсь, и парню приходится спешно отступать от внедорожника, чтобы не уехать вместе с ним пешим пассажиром. Хотя я с удовольствием провезла бы Кирилла по тротуару, показав родной город как гостеприимный хозяин. По всем улицам протащила бы, ни одного переулка не забыла бы. Ведь у нас столько красивых мест, особенно если разогнаться как следует, чтобы ветер хлестал по лицу.

В моем кармане пиликает айфон и я вся замираю, подумав, что это может быть Вадим.

Я же еще ничего не придумала и не знаю, что ему говорить. С чего начать и как вообще такое можно рассказать? Что именно рассказать? Всё или часть? Или ничего?

Но сообщение приходит с неизвестного номера. Я смотрю на последние три цифры и чувствую неясный укол узнавания… Черт, точно! Вадим бросил мне номер друга, которого надо встретить в аэропорту, я забыла его сохранить, но последние цифры запомнились сами-собой.

Кирилл присылает мне фотографию. Давно забытую и грязную фотографию, на которой я едва узнаю себя.

Я смотрю на молоденькую девушку в вытянутой мужской майке и не понимаю, в какой жизни это было. Как в тумане… или в больном наваждении, за которое, как оказывается, придется платить по счетам. Чужая мне теперешней глупышка натворила глупостей, а платить мне. Я ведь даже выгляжу сейчас по-другому, я не такая тонкая и хрупкая, не такая гибкая, и я думаю по-другому."

"Но на фотографии все-таки я. Там я стою на коленях и держу руки за спиной. Они не связаны, я сама сцепила ладонью свое запястье до боли, чтобы зафиксировать их на месте.

В моем рту член Кирилла. Парень с обнаженным блестящим испариной торсом держит мои волосы правой рукой, грубо оттягивая их в сторону, и смотрит на мое услужливое лицо. Я смотрю ему в глаза снизу вверх и заглатываю как можно глубже.

Под фото Кирилл набирает сообщение.

“Вернись. Сейчас же. 326 номер.”

Мудак. Он самый настоящий мудак.

Глава 8

Я стою в кабинке лифта и смотрю на свое отражение в зеркальной дверце. Стягиваю резинку и распускаю светло-русые волосы, которые давно стригу по плечи.