Лучший экипаж Солнечной

Впрочем… Сколько вы схватили рентген за последний год, доктор? Не хотите показаться нашему врачу?

– Линда, не наезжай, – попросил, входя, Боровский. – Доктор у нас в гостях, веди себя подобающе.

– Из доктора химия так и течет, – парировала Линда.

– Заметно? – спросил Ллойд. – Извините. Но я вынужден каждый день есть эту гадость. Мне приходится ходить через очень грязные места.

– И к чему этот героизм? Ради изучения быта мутантов?

– Оставь, Линда, – приказал Рашен. – Благодаря героизму доктора, именно героизму, как ты правильно заметила, мы узнали очень много нового о мире, в котором живем. Возможно, это знание перевернет нашу жизнь. Я не шучу. Кенди! Придется тебе на время сделать из моего катера самолет. Погрузим вездеход доктора и полетим. Нужно смотаться тут в одно место.

– Куда? – деловито спросила Ива, кладя руки на «доску».

– Ноль пять мегаметра на северо-запад. Там будут такие холмы…

– Valdaiskaya vozvishennost, – сказал тихонько Вернер.

– Как-как? – удивленно вытаращился на него Ллойд.

– Valdai, – повторил Эндрю. – Это место называется Valdai.

В коридоре Рашен придержал Боровского за рукав.

– Видел статую? – заговорщически прошипел он старпому на ухо.

– Жуть! – выразил свое мнение тот.

– Это не бог! – объявил Рашен.

– Да что ж вы меня, драйвер, совсем за идиота держите? Конечно, не бог. Так, железная хреновина. Какой-нибудь видный политический деятель.

– Всюду ложь, – сказал Рашен с таким видом, будто только что совершил великое открытие в философии. – По всей Солнечной никаких новых идей, а только подмена одних идолов другими. А знаешь, почему? Знаешь, кому это выгодно? Помнишь, мы с тобой говорили о том, кто придумал давать боевым кораблям имена героев из классической фантастики? Ты еще сказал, что это был какой-то умный еврей?

– Ну… – пробормотал старпом, вспоминая.

– Во-первых, никакой он был не еврей. А во-вторых, его звали Эрик Старк.

– И чего?

– Дубина! Он совершенно не думал ни о какой идеологии. А просто размечтался, что когда-нибудь его именем назовут корабль.

– И добился своего, – индифферентно кивнул Боровский.

– Слышал, как себя величает патриарх этих недомерков? – не унимался Рашен. – Батька! Кретин! На самом деле священнослужителя на Руси всегда называли batiushka. В смысле – отец родной. А «батька» – это лидер преступной группировки. Как тебе, а?

– Совершенно по фигу, – честно признался Боровский."

"– Не-на-ви-жу! – выдохнул Рашен, потрясая для большей внушительности указательным пальцем.

– Вы не заводитесь только, драйвер, – попросил старпом. – Не накручивайте себя. А то я вас знаю…

– Всюду ложь, – повторил Рашен. – Мало того, что дома нам всю жизнь мозги пудрили, так еще и здесь, в Москве, нае…ли! Кругом сплошные обманщики.