Лука (СИ)

Во мне боролось две женщины: одна была послушная и готовая просить прощения, желающая прижаться к его груди, вдохнуть его запахи ощутить нежность, ласку, нет… любовь… А вторая хотела свободы выбора, уважения и чтобы с ней общались на равных…

Меня зовут Алиса. Я не Мониша и не домашний хорек. Меня не нужно приручать к лотку и к одним рукам.

— Годы идут, ты не меняешься. — его плавные движения, неторопливые и местами грациозные завораживали. Он не спеша, медленно сократил дистанцию между нами и подошел вплотную, разрывая нашу связь. Я чувствовала его парфюм, который узнала бы из тысячи с закрытыми глазами и заложенным носом.

Он окутывал меня, парализуя. Окровавленной рукой он взял бутылку вина из рук Оливера, изучая этикетку. — Шардоне?

Он сделал глоток, пробуя его вкус, перекатывая вязкий напиток во рту. Теперь для него перестала существовать я, только Оливер. Загадочный Оливер Спайк, которые не дрожит и не трусит в присутствии самого страшного человека из всех которых я видела. Я не особо искушена, раньше в моем круге общения были экономисты, юристы, дизайнеры, а не профессиональные убийцы. Но пока из тех кого я видела — Лука был самым страшным.

""Люди считают его бессмертным…""

— Ты же знаешь, как я люблю хорошие вина и интересную компанию. — Оливер улыбнулся, слишком дерзко, открыто, вызывающе. У него были белоснежные зубы, как у акулы. Лука снова отпил вино, словно не собираясь его возвращаться своему хозяину.

— Если ты так любишь компании, чего же сидишь тут один?

— А мне достаточно одной бутылочки вина и одной хорошенькой девушки для приятного вечера. — Он специально провоцировал его, выводил на эмоции. Я это чувствовала, видела, как они смотрели друг на друга.

И если Дьявол оставался непроницаемым, не достигаемым, его мысли принадлежали только ему, то в глазах Оливера было что-то нехорошее, недоброе.

— Тогда мне придется расстроить тебя, и оставить в полном одиночестве. — Лука перевернул бутылку, демонстрируя, что в ней ничего не осталось. А затем заявил о своих беспрекословных правах на меня — Алиса, иди в машину.

Он даже не посмотрел на меня, я была как пустое место. Сухой приказ.

Мои ноги от страха почти автоматом повернулись и начали движение, меня остановил Оливер, беря меня за руку, легко, не удерживая силой, а просто касаясь, напоминая мне что я необязана подчиняться диктатору, у меня может быть выбор.

Я посмотрела на его руку, шершавую и сильную, покрытую шрамами, Я не могла верить этому человеку, он мог быть каварен и не менее опасен, но, как минимум, он начинал свою игру с доброты, а не с принуждения. Возможно, все что он делал было для того, чтобы подергать за усы хищника, насолить ему. Но мне тоже чертовски хотелось дернуть, заставить его раскрыться и сказать правду.