Лука (СИ)

Захар курил, сидя на водительском месте, напряженный и в своих мыслях.

Стоило мне подойти к машине и открыть рот, чтобы спросить где Ханзи, как дверь калитки распахнулась и во двор зашел хозяин этого дома в джинсах и рубашке, такой же озадаченный.

— Доброе утро? — он открыл дверь машины и помог мне забраться в нее вместе с Вульфом. Его голос был таким же теплым и успокаивающим. Я думала, что он попрощается и мы поедем, но он тоже сел в машину, только на переднее сиденье.

Захар завел двигатель.

Случилось что-то плохое, я это чувствовала.

Дорога казалась невыносимо длинной, бесконечной.

Я постоянно смотрела на часы, чтобы посмотреть сколько мы уже едем. Там где мне казалось, что прошел час — проходило только пятнадцать минут. Неизвестность угнетала, но я не решалась спросить у Захара, что случилось. Слишком напряженная была тишина: ни музыки, ни разговоров, только биение моего сердца.

Вульф проснулся и бесновался по всему заднему сиденью. Я только сейчас осознала, что не знаю как Лука отнесётся к новому питомцу. Что если он не любит животных и заставит его выбросить? Как вообще волк будет жить в доме?

Я решила, как Скарлетт О хара, я не буду думать об этом сегодня, я подумаю об этом завтра.

Мы уже были в Подмосковье, до Москвы осталось 70 км, если верить дорожному знаку.

Захар сбросил скорость, прижимаясь к крайней полосе. Мы останавливаемся? Я завертела головой, изводясь на заднем сиденье и кидаясь из стороны в сторону не хуже Вульфа."

"На съезде стояло три чёрных Гелентвагена, я сразу заметила и узнала их. Огромные блестящие танки. Они помигали фарами и пристроились к машине, образуя кольцо вокруг нас. Захар вновь стал набирать скорость. Нас встретили, чтобы сопроводить.

До этого Лука спокойно отпускал меня с Захаром вдвоем, что-то случилось?

На нервах даже не заметила как, оторвала кожу у большого пальца и теперь ранка кровоточила.

— Захар…

— не сейчас, Алиса. Давай не сейчас.

Его сухой голос от которого исходило дикое напряжение пугал. Я прижала к себе Вульфа, не обращая внимание на его ворчание. Словно почувствовав мои душевные терзания, волчонок затих и уткнулся, даря мне свое тепло. Это придавало спокойствия.

Каждая минута в этой машине была невыносима, казалось, что мы медленно едем, плетемся, хотя на спидометре у Захара было за двести.

Он гнал, но в салоне этого не чувствовалась. Я почти разлеглась на заднем сиденьем, не желая смотреть за окно, пейзажи меня уже раздражали. Хотелось выйти из машины и побежать.

Я не сразу поняла куда мы приехали, потому что раньше меня Захар привозил к главному входу

Сердце еще сильнее сжалось. Больница. Мы в больнице.

Остальные машины не стали заезжать во двор, уезжая куда-то дальше по улице. Мне было совсем не до них, сейчас было интереснее не это.