Лунное молоко

Хлёсткие ветки цепляли за волосы, хватали за лицо и шею, царапали, кололи! Юлька зажмурилась и сжалась, чтобы хоть как-то уберечь глаза.

— Эй! Эге-гей! Эй-ю эй! — визжало отовсюду, дёргало и щипало, тащило в стороны, пытаясь разорвать.

Казалось, что этому не будет конца, и всё же чудом Юльке удалось удержаться на месте — обхватив руками тонкое дерево, она прижалась к прохладному стволу.

— Ты справишься! Ты можешь! Ты должна! — твердила себе как заклинание, изо всех сил стараясь не раствориться в панике.

Крики сделали будто потише, схлынули куда-то в лесную глубину.

Но Юлька никак не могла успокоиться, так и стояла у дерева, не решаясь оглядеться.

Под пальцами что-то вилось и пушилось, будто длинные тонкие водоросли или лишайник. И пахло странновато — гнильцой да сыростью, чем-то сладковатым и резким, противным.

Дерево шевельнулось, заворочалось под руками, медленно-медленно поплыло в бок, увлекая Юльку за собой.

И тогда она приказала себе открыть глаза и посмотреть.

Как оказалось, Юлька обнимала вовсе не дерево! А что-то живое и страшное! Длинное, тощее, ни на что не похожее!

Несуразное существо с телом-стволом и крупной человеческой головой таращилось на неё с высоты своего роста, и лицо было знакомое — дядькино! — с застывшими, словно высеченными чертами.

Существо что-то сказало, неразборчиво, непонятно. А потом подхватило Юльку и с силой куда-то зашвырнуло!

Юлька не успела даже вскрикнуть, как оказалась на холодной земле — неподалеку от неприметного и пологого холма."

"Деревья остались далеко позади. Вокруг рос лишь редкий кустарник да клонились книзу чахлые травы. Холм же был почти лысым, только на верхушке невысоким уродцем торчало одинокое дерево, перекрученное да перевязанное узлами по стволу, с трепещущими унылыми листочками.

Всё здесь казалось каким-то неправильным, ненастоящим. Ни одна птица не подала голоса, не пролетела в сером, словно нарисованном небе. Не было ни насекомых, ни поздних цветов. Ни ветра, ни малейшего движения воздуха! Лишь тихий шелест, похожий на плач, не смолкая лился откуда-то сверху.

Нужно было что-то делать — шевелиться, вставать, но Юльку не держали ноги. Измотанная и потрясённая, сидела она посреди тропы и без единой мысли смотрела на холм.

— Смычки находятся возле пещер… возле пещер… возле пе-ще-ры, — в голове словно включили заезженную пластинку. Дядькин голос всё повторял и повторял одно и тоже. — Возле пещеры… возле пещеры… смычка… смычка… посмотри!..

Юлька послушно посмотрела — в самом низу у земли и правда что-то темнело, какое-то небольшое отверстие, издали похожее на вырытый лаз.

— Иди к нему, — повелел голос.