Лунный жаворонок
Спокойная жизнь Софи сгорела в одно мгновенье, когда к ней подошел мальчик-ровесник со странным предложением. Оказалось, что Софи – эльф, она обладает магическими способностями, а значит, больше не может оставаться со своей семьей и ходить в обычную школу. Теперь у девочки будут опекуны-эльфы и учиться она будет в магической школе. Но почему-то никто не хочет рассказать Софи, почему она, эльф, родилась в семье обычных людей, будто бы это знание опасно не только для девочки, но и для её новых знакомых.А значит, Софи придётся раскрыть эту тайну самой – вместе ещё с парой дюжин тайн Хранителей затерянных и забытых городов…
Я просто пыталась найти нужный цвет.
– Я задал тебе металлы! Все звезды в списке были цвета разных металлов. Тебе надо было отыскать что-нибудь бронзового или латунного цвета. А не это! – он резко махнул рукой в сторону бутылки.
Ее щеки запылали. После его слов порядок действительно казался очевидным.
– Простите. Просто я почему-то решила, что нужно найти Элементин.
Он замер:
– Откуда ты про нее знаешь?
– Не знаю. Наверное, она была на одной из звездных карт.
– Нет, Софи. Я никогда не говорил тебе о ней. Никто о ней не говорит, – сказал он приглушенно – еле-еле слышно.
Так вот почему Декс с Элвином никогда о ней не слышали.
– Но я точно узнала о ней здесь, – повторила она, настаивая. – Где же еще?
– Понятия не имею. Элементин – одна из пяти не нанесенных на карты звезд. Только старейшины знают точное их расположение – и никому не дозволено собирать их свет. – Он громко сглотнул. – Ты очень серьезно нарушила закон, Софи. Настолько, что для определения наказания придется созвать трибунал.
Глава 32
Слушание созвали в Этерналии, в здании трибунала. На вершине купола развевался синий флаг, как и в тот раз, когда Фитц впервые перенес сюда Софи.
Софи сидела рядом с Алденом на высокой платформе напротив двенадцати пустых кресел старейшин. Позади сидели Грейди с Эдалин, Декс, сэр Астин, дама Алина и Элвин – все, кто хоть отчасти был причастен к случившемуся. Все оставшиеся места огромного зала пустовали. Процесс был закрыт для публики – что в случае трибуналов было редкостью. Но Алден пояснил, что все имеющее отношение к Квинтэссенции должно храниться в тайне.
На верхушке каждого кресла было выгравировано имя.
Она показала сэру Астину светящуюся бутылку всего пару часов назад, но казалось, что вся жизнь изменилась.
В зал строевым шагом вошли двенадцать гоблинов и встали перед креслами; Софи выпрямила спину. Она помнила их с Люминарии, но успела забыть, насколько же они большие.
– Телохранители старейшин, – объяснил Алден.

















