Лунный жаворонок

Эта мысль была слишком велика, чтобы обдумывать ее сейчас.

Дрожащими руками она оторвала фотографию от альбома."

"Она нарушала все указания Алдена – и все приказы Совета, – но если кто-то узнает, то ее жизнь изменится навсегда. Она не может этого допустить.

Она запихнула фотографию в середину толстого тома, а тот поставила на самую высокую полку к точно таким же книгам. Там ее не найдут. Пока.

Больше всего на свете хотелось свернуться клубочком и уже никогда не вставать, но времени на это не было. Кто-то напичкал ее мозг знаниями, и нужно было обнаружить их – пока они снова не причинили ей неприятностей.

Почему она вспомнила про Элементин?

Софи достала свои звездные карты и отметила все звезды из своего списка – так же, как на трибунале это сделал Кенрик. Шесть звезд встали в две линии, указывающие прямо на Элементин.

Комната поплыла.

Это не могло быть случайностью. Этот список создавался специально для нее. А значит, кто-то хотел, чтобы она нашла Элементин.

Но кто? И зачем?

И чего он захочет дальше?

Она не спала всю ночь, проецируя в дневник воспоминаний все, что приходило на ум, но к рассвету никаких ответов не нашлось.

Не сомневалась она только в том, что рассказывать об этом никому нельзя. Если Совет узнает, то не даст остаться в Фоксфайре – уж Бронте об этом позаботится. Может, ее даже сочтут опасной. Софи не хотелось думать о том, что они тогда предпримут.

Особенно учитывая, что она и сама не знала, опасна ли. Она чуть не подорвала всю школу – или даже хуже. А если в этом и состоял план того, кто подсунул ей список?

Она не нашла подходящего безопасного места, чтобы спрятать дневник, поэтому засунула его на самое дно сумки и решила всегда носить с собой.

В школе друзья не заметили, насколько она напряжена. Они уже привыкли к ее проблемам с физкультурой, а за обедом слишком вымотались после выявления способности. И только на телепатии она пожалела, что не осталась дома, сославшись на болезнь.

– Ты хоть немного вчера спала? – спросил Тирган, когда она плюхнулась в кресло.

– Нет, – врать не было смысла. Она видела свое отражение. Круги под глазами были не меньше, чем у Эдалин.

– Я так и думал, – он кашлянул. – Алден рассказал, что произошло.

Стоило бы догадаться. Значит, и об особом задании он знал. Она вцепилась в сумку, будто так сможет защитить хранящиеся там тайны.

– Ты начала вести дневник? – спросил он, подтверждая ее опасения.

Помедлив секунду, она кивнула.

– Полагаю, показывать его ты не хочешь.

Молчание затягивалось – и нарушилось, лишь когда Тирган достал из кармана черный проводник.

– Сосредоточься, – сказал он, и их захлестнула вспышка синего света.

Как только пейзаж вновь сформировался, в уши Софи ударила какофония звуков.