Лунный жаворонок

Рядом было быстрым небрежным почерком написано «Ты должна с этим покончить» и лежал праттловский значок. Серебристый лунный жаворонок.

Она смотрела на блестящую металлическую птичку и почему-то понимала, что та сделана из люминита.

Дрожащими руками она сложила записку.

– Как себя чувствуешь? – спросила Марелла. – Ты очень бледная.

Софи прижала ладонь к груди и глубоко вдохнула, успокаивая колотящееся сердце:

– Все нормально.

Марелла рассмеялась:

– Ты совершенно не умеешь врать. Ух ты – это что, лунный жаворонок?! Ты хоть представляешь, насколько это редкий значок?! Их меньше сотни!

– Правда? – Софи запихнула его обратно в конверт и положила в сумку.

– Круто?! Да у тебя значок с лунным жаворонком! Ты по всему коридору должна танцевать!

На громкий голос Мареллы обернулись несколько одаренных. Софи с силой захлопнула шкафчик.

– Прости, мне пора на занятие. Потом поговорим.

Марелла пробубнила себе под нос что-то про «пренебрежение», а Софи спешно ушла из атриума, пытаясь здраво подумать о значении слов, гудящих в голове.

«Ты должна с этим покончить».

Софи пошаталась по коридорам, пытаясь отыскать уединенное место и вызвать Алдена. Наконец, обнаружив пустой коридор с белоснежными стенами, она вытащила Передатчик.

Лицо Алдена объявилось еще до того, как она договорила его имя.

– Софи? Что случилось?

Она оглянулась через плечо, проверяя, точно ли одна.

– Я нашла в шкафчике еще одну записку.

Он тут же напрягся:

– Сейчас об этом лучше не говорить, но приходи в Эверглен сразу же после школы.

Она кивнула.

Изображение исчезло, и она тяжело прислонилась к стене.

– Ну, теперь даже не пытайся доказать, что ты не таинственная, – произнес Киф, и Софи, не сдержавшись, вскрикнула.

Она тяжело дышала, пытаясь успокоиться.

– Ты что тут делаешь?

– Я тут прогуливаю, забыла?

Белые стены действительно навевали воспоминания.

– Ну так что, не расскажешь, почему ты пряталась, чтобы поговорить с Алденом о таинственных записках?

– Просто пустяки, Киф.

Он выгнул бровь.

– Прости, но ты слишком паникуешь, чтобы я поверил.

Эмпатам было раздражающе тяжело врать.

– Я не могу рассказать, Киф, даже не спрашивай.

– Если не расскажешь мне, то я всем расскажу, что Вэлин подкидывает тебе любовные записки.

– Просто… делай как знаешь.

Он рассмеялся:

– Ух ты. Видно, что-то важное. – Когда Софи не ответила, он пожал плечами: – Ладно, как хочешь. Но после экзаменов жду от тебя крайне шикарного подарка за мое молчание.

– Договорились. – Они пожали руки, и Киф озвучил пару пожеланий, но Софи не слушала. Слова про подарок кое о чем напомнили.