Лутер

Сидишь ты, таишься, врага вычисляешь, который рядом бродит, а тут рация как начнет шипеть и орать! Так сам же свою позицию противнику и сдашь…

— Или еще лучше, — продолжил Диса, — можно встроенную в шлем взять. Но сами шлемы такие денег неприлично стоят, поэтому лучше купить гарнитуру, к примеру, которая под шлем легко прячется. Можно даже совмещенную с активными наушниками. Так что…лично я предпочитаю что попроще, чтобы не жалко было потерять или выкинуть.

— Стоп. Выкинуть? — я вытаращился на Дису.

— Бывает всякое, — ответил он. — Вот идешь ты уже домой, весь забитый под завязку. И тут тебе какое-то туловище дорогу преграждает. Постреляетесь вы, значит, немного, и получится, что ты живой, а вот туловище упокоилось. Что дальше делаешь?

— Ну…трофеи заберу, — предположил я.

— Во-от! — хмыкнул Диса. — Жадность-то фраера и погубит рано или поздно. Но не о том сейчас речь. Допустим, у него хорошая разгрузка и шлем, явно круче твоего. А у тебя уже рюкзак так забит, что трещит по швам. И что делать?

— Ну… — тут меня осенило: — Свою каску долой, а его себе. И разгрузку так же.

— Ну, вот ты и уловил мою мысль, — усмехнулся Диса, — так и живем.

Он вдруг встал и выглянул в окно.

— Вроде успокаивается все. Собирайся.

Я поднялся на ноги.

* * *Мы без проблем вышли из здания и Диса, сняв свой «сюрприз», сделав пару шагов в сторону от входа, замер, вслушиваясь.

— Что? — спросил я почему-то шепотом.

— Тишина, да и только, — ответил Диса спустя минуту, — и это очень хорошо. Двинулись!

Погода действительно угоманивалась — ветер вдруг стих, снег еще падал, но был редким. Да и видимость заметно улучшилась — застилающая все вокруг пелена хоть и не исчезла, но отодвинулась. Теперь уже метров на тридцать вокруг все видно. И, как мне кажется, с каждой минутой дистанция нормального обзора лишь увеличивается.

Мы не спеша брели от здания к зданию, замирая на углах, тщательно осматривая тихие, заброшенные улицы, а затем быстро перебегали открытое пространство, вновь прячась, укрываясь под стенами строений.

В какой-то момент, когда мы просто брели, зачерпывая снег ногами, я зазевался и чуть не врезался во внезапно замершего Дису. Хотел было спросить у него, что случилось, но увидел и сам.

Поперек нашего пути следования были следы. Свежие. Человеческие. Имею в виду, отпечатки подошвы. Их даже присыпать снегом не успело.

— Так. Теперь внимательнее надо быть, — тихо сказал Диса. — Гляди в оба! Если к нам подберутся, а мы этого не заметим — будем умолять о пощаде.

— Не подберутся, — пообещал я.

— Хорошо, — кивнул он, — тогда будем слушать, как нас начнут молить о пощаде. Вперед, к тому зданию!"

"Мы вновь сделали перебежку, проскочили по очереди — пока бежал Диса, я прикрывал его, сидя на углу.