Львиная доля серой мышки
Вопрос на засыпку — как выглядит домовой? Вы спросите, да кто ж его видел? А вот Татьяна Сергеева видела существо, кое иначе, чем домовым, не назовешь — это похожее на гигантскую мышь лохматое создание с торчащими квадратными ушами! Но выяснять, откуда и зачем появилось в ее доме сие чудо чудное, Тане некогда — ее спецбригада проводит новое расследование. Платон Персакис и его матушка, сделав открытие, что жена Платона родила детей вовсе не от него, пожелали узнать, чьи же они. Однако не ставя в известность об этом их мать. Что ж желание клиента — закон! И тут… выяснилось такое! Как говорится, многие знания — многие печали…
Но я вижу лишь весьма скромные траты на продукты, которые куплены отнюдь не в «Мире Гурмана», а в обычном, нет, правильнее будет сказать — дешевом супермаркете. Вот за книги она много отдает. Наверное, хочет учиться за границей, в Гарварде, Кембридже или Оксфорде. Вы знаете, что за названием Оксфорд кроется много колледжей? Это не как наш, скажем, МГУ, то есть не один университет, а множество вузов, среди которых есть и совсем захудалые, мало кому нужные. Если человек говорит гордо: «Я имею диплом Оксфорда», стоит поинтересоваться: «А какой колледж оканчивали?» Вы не поверите, какое количество врунов сыплется, услышав эту фразу. Многие лгуны и не предполагают, что Оксфорд — это почти сорок открытых и несколько закрытых колледжей.
— Спасибо за информацию, — остановил Эдиту Валерий, — с Оксфордом мы все поняли. Но скряга Владимир, нежно любивший каждый рубль, небось отдал девочку в бесплатное учебное заведение.
— Да, но сейчас Леся посещает американско-европейскую школу, — растолковало наше компьютерное чудо. — Она дает прекрасное знание трех языков: английский обязательный, еще два по выбору. Леся занимается испанским и китайским. Девочка настроена весьма серьезно.
— Умно, — похвалил Ватагин, — она взяла самые распространенные в мире языки.
— Похоже, несчастная сиротка собралась поступать в какой-то элитный вуз, — частила Эдита. — Кстати, курсы в АЕШ не из дешевых, но ведь Олеся теперь деньгам хозяйка, тратит их сама.
— И делает это очень разумно, — отметила Люба, — большинство подростков ее возраста, получив доступ к большим средствам, живо накупят шмоток, всякой ерунды, начнут гулять-веселиться, а Леся овладевает знаниями.
— Минуточку! — остановила эксперта Аня. — Ей еще семнадцать, несовершеннолетняя. У нее есть опекун? И кто управляет бизнесом?
Эдита постучала по клавишам и доложила:
— Опеку над Олесей оформил Илья Каравайкин, он председатель правления фирмы, занял место Владимира. А директором предприятия, как и при Столове, является Вадим Миронов.
— У девочки ведь есть кровные родственники? — заметила Буль. — Почему ее отдали под крыло постороннего мужчины?
— Каравайкин Лесе не совсем чужой, — пояснила Дита, — он долгие годы был начальником юридического отдела у ее отца. Работать у Столова Илья начал, когда старший сын Елены только-только зарегистрировал бизнес. Тогда никто и предположить не мог, что крошечное семейное дело вырастет в международного гиганта. Илья знает Лесю с детства. И она ведь уже достаточно взрослая, ей не три года, в данном случае опекунство — формальность. Наверное, девушка сама выбрала Каравайкина. О! А ведь ей буквально через пару дней исполняется восемнадцать, Олеся всего несколько месяцев находилась под его эгидой.