Львиное логово

Их жители с пожитками помчали под защиту неприступных стен Вавилона, немало дивясь тому, что их и не трогает никто. Успели не все, потому что Вавилон затворил свои ворота, и более никого не впускал. Попытка изгнать из города чернь провалилась, потому что внутри города чуть не вспыхнула новая война. Умелые люди с языками, как у змей, распаляли кузнецов и кожевенников, и те почти с боем отстаивали свои кварталы от посягательств воинов, которые особым рвением тоже не отличались, получив взятку от жителей. Жрецы, которые лишились умного и жесткого вожака, еще ссорились и толкались локтями у трона Ашшур-надин-шуми, который пока не принял ничью сторону, затягивая процедуру под разными предлогами. Цвет вавилонского войска был в Сирии, а потому город защищало всего тысяч двенадцать воинов. Персов же у ворот Вавилона было больше раза в четыре, и они прямо сейчас готовили лагерь под его стенами. Беженцы из мелких городков разносили сплетни по городу, но больше удивляли, чем пугали, потому что и они сами, и их жены и дочери были целы и невредимы, а имущество в сохранности. И это еще больше раскачивало обстановку внутри города, который особой любовью к царю-ассирийцу не отличался, помня последний визит в город его отца. Кровью тогда умылся великий город. Не было семьи, где кто-нибудь в рабство не попал, или на чужбину угнан не был. Каково смотреть, как в доме твоего родного брата пришлый сириец живет, иудей из Самарии или филистимлянин из Ашдода?

Ассирийские гарнизоны стояли в покорных пока еще городах Шумера, но сколько их там было? Ну тысяча на город, ну две. В самом Уруке пять тысяч сидело, так это же великий и древний Урук, где правил когда-то богоподобный Гильгамеш. В Вавилоне тоже ассирийцев всего три тысячи было, и они сидели в центральном квартале, более охраняя царский дворец, нежели сам город.

Персидское войско разрезало Двуречье напополам, отсекая, как все и планировали, плодородный Шумер. Окружить Вавилон со всех сторон было невозможно, таких сил у великого царя не было, а форсировать Евфрат, ослабляя армию, он тоже не хотел. Подвоз зерна в город продолжался, потому что мост через великую реку был цел, да и навигацию по ней никто не останавливал. Персидских войск на правом берегу Евфрата не было, и там жизнь текла своим чередом. Решение нужно было совершенно нетривиальное, и это все понимали."

"И вот в один из дней, когда ворота восточной части Вавилона были блокированы, в персидском лагере состоялся интересный разговор. Неприметный пожилой мужчина стоял перед высшими людьми Персидского царства, почтительно глядя на уровень их носов, не выше. Он и так прекрасно знал, кто перед ним, только борода Пророка, внезапно ставшая светлой, вызывала умеренное любопытство. Но лишь умеренное, не более.