Мадагаскар – Россия

— Ты что, обзываешься или хвалишь?

— Я констатирую, изворотливость ума в заключение сделки. У Вас с арабом получилось как в присказке. И волки сыты и овцы целы, только пастуха жалко.

— А кто у нас пастух?

— Везу. Это Вы за их счёт себе гешефт сделали.

Я уже почти спал, поэтому попросил.

— Хватит языки тренировать в остроумии. Так что у нас в остатке? Так, в общем, без деталей?

— В общих чертах:

Галера парусно-весельная — 1 штука в плохом состоянии. Подделка под французскую. В европейском флоте таких уже нет, все перешли на парус. Но здесь в Мозамбикском проливе и в Красном море в них есть потребность. Хотя это уже динозавры.

Русские люди, свободные — 175 человек.

Пленные арабы — 9 человек.

Люди другой национальности 75 человек из них 10 тяжелораненых.

Золота — приблизительно 20 килограмм

Серебра — приблизительно 30 килограмм

Свинца — около 400 килограмм

Олова — около 400 килограмм

Пушки — 7 штук, все малого калибра. Не считая на затопленном корабле.

Пороха много. Перекупили у купца, потом ещё пираты сняли с предыдущего корабля.

Ядра 500 штук. — Похоже, тоже прихватили с потонувшего «француза».

Пшеница — 20 тонн.

Тут подал голос Димка.

— Всё хорош, Вы, пока назад плыли, отоспались. А мы с Мишкой спозаранку на ногах и на нервах. Потом досчитаем, я уже не соображаю.

И мы пошли спать. Точнее мы просто свалились тут же. Последняя моя мысль была:

— Хорошо, что Сергей давно назначил старшего по охране и надрессировал. Хоть за это голова не болит.

* * *Проснулись поздно. По здешнему распорядку, очень поздно. Только здесь я понял, что такое сиеста. Это когда любая работа становиться мучением. Работать при +30–35 градусах и 90 % влажности, это и аборигены с их адаптацией к местному климату не любят. Что говорить о нас, северных мишках? А работать надо и очень много.

Решили работать по восходу и заходу, как и местные, делают. Только местные раскачиваются долго и заканчивают раньше. Мы работающих с нами везу и англичан перестроили. Вот сегодня восход в 5-30 заход в 18–00. Значит, подъём в 5-00, работа с 6-30 до 12–30. Потом сиеста до 15–30 и вторая половина рабочего дня до 17–30. Вот где-то так. Но это конечно, формально, чтобы люди знали, что от них ждут. На самом деле большинство видов работ плевать хотели на наши графики. Про кузню я и говорить не хочу, те вообще беспредельщики. С большим и продолжительным скандалом удалось запретить стучать молотом всем по нервам с захода и до рассвета. Пусть подгадывают."

"А когда Андрей начал собирать пресс, работающий от ветряка, мы дружно запротестовали и выперли его производство на вторую линию обороны. Это там где будет проходить городская стена. Стены ещё нет, а вот кузня там уже есть. Обоснование выселения? Да куча.