Магические осадки не ожидаются

Берт с досадой качнул головой и спросил наудачу, вдруг сработает хотя бы это:

— Вы, случаем, не знаете что-нибудь о магичке по имени Арлиль? Арлиль Норд?

— Святая Арлиль, пошли мне мобиль… — пробормотал себе под нос Зибер. — Ету что ль? — повернулся, когда Берт не ответил. — Хотел-то, говорю, чего? Ничего? Тады брысь, — велел строго, мгновенно потеряв к нему интерес. И легко погрозил в его сторону кувалдой, будто веником.

Берт схватил свой горшок и убрался на улицу.

Какой-то чумной совсем кузнец-то.

Помощник не нужен. Про Арлиль только присказки знает.

Глупо, наверное, спрашивать о ней работяг и бедняков. А богатеев страшно… Тетка лечила всех подряд, без оглядки на звания, кошелек и достижения. И бедняков среди них было немало.

А богатеи могли за такие расспросы и патруль позвать. Патруль Гилберту и горшку был не нужен.

Со стороны ратуши раздался грубый стрекочущий звук. Очень похожий на драндулет рыжего господина с очками и газовым шарфом. Берт шагнул было к кузнице, прикидывая, куда сунуть горшок. Но вокруг не было ни кустика, ни деревца, даже какой-то щели между домами.

— Это хорошо, что я только очки захотел, — бормотал парень, быстро шагая в направлении воздушной гавани. — А если б мне рояль замечталось?

Наперерез ему двигался полицейский патруль, Берт на месте развернулся и двинулся обратно к Зиберу — пересидит в кузнице. Что-нибудь придумает, не впервой.

Треск и вой приближались все вернее, наконец из-за угла показался его источник, и Гилберт с неудовольствием опознал в нем трицикл известного всей шантрапе Шимуса Грона, лейтенанта магической полиции. Шимус приключения Берта не жаловал, и горшок, скорее всего, конфискует. Как и очки. Впрочем, лишиться очков Гилберту было не так обидно."

"Горшок немедленно следовало спасать, где-то прятать… А деть его посреди улицы было решительно некуда.

Требовалось что-то надежное, такое, что остановит даже Грона. Берт припал на одно колено, отвернувшись от лейтенантского трайка, закрывая собой драгоценный горшок, прикидывая, в какое из выходящих на улицу окон его будет не опасно на время закинуть.

Перед парнем материализовался блестящий новенький сейф с гостеприимно распахнутой дверцей.

— Славься, Предивная… — пробормотал Берт. Сердце бухало в ушах, отдаваясь в тощий кадык, парень быстро затолкал в сейф горшок и очки и захлопнул дверцу. Шаги остановились прямо у него за спиной.

— Ты, — сухо поприветствовал его лейтенант.

— И вам добрый день, утро и вечер, — проворчал Берт, кряхтя, поднимая сейф. Как он его вообще сможет с места сдвинуть, он понятия не имел.

«Жизнь делается все тяжелее и тяжелее…» — мелькнула у Гилберта быстрая мысль. Парень выдохнул, держа сейф дрожащими от натуги руками.