Магнатъ

Мужчина на стуле закрыл глаза и еще больше опустил голову, а вокруг него все невольно вытянулись, буквально кожей ощущая сгустившееся напряжение.

– Я вам верю, а вы что творите?! Во время службы пьете да по бл… гуляете?

Когда молчание стало таким тяжелым, что начало давить на всех не хуже свинцовой плиты, он обронил, так и не поднимая взгляд:

– Ну ничего, я это исправлю. А пока – Второй!

– Здесь!

– Делай что хочешь, но тело из коллектора достань – у Глеба должна быть могила. Несмотря ни на что, он был МОЙ человек.

Вместо ответа плечистый «лавочник» вытянулся еще больше.

– Что ж ты замолчал, Харитон? Говори дальше.

– Так… а чего говорить-то?

– Например, где его вещи и чемоданчик.

Кающийся убийца на мгновение замялся, затем встретился взглядом с одним из «благодарных слушателей» – и вздрогнул:

– Тряпки продали, остальное поделили. Вот только чумадан подломить пока не смогли, припрятали, и пистоль вместе с ним.

Не дожидаясь следующего вопроса, заместитель сутенера добровольно указал, где тайная ухоронка и как именно ее открыть.

Тут же диванчик вместе с его обитателями сдвинули в сторонку, поддели одну половицу, другую – и выложили на стол пригоршню недорогих украшений из серебра и узелок с завязанными в нем банкнотами. Затем ободранный до металла чемоданчик, с несколькими дырками посередке и вмятым внутрь замком, на него лег небольшой зализанных форм пистолет с двумя прямоугольниками-магазинами, серебряный нательный крестик и овальная бирочка с гравировкой. Цепочка, на которой висел смертный медальон, пропала безвозвратно.

Рыжебородый что-то тихо сказал своим подчиненным, затем подошел к чемоданчику, немного повозился, пару раз стукнул, затем с силой надавил – и отступился.

– Заклинило.

Вздохнул, глянул на тружеников постели и дубинки, отчего их всех разом начала бить крупная дрожь, и скомандовал:

– Собираемся!

Половицы положили обратно, вслед за ним вернулся на прежнее место и сам диванчик. Удивительно громко захрустел сургуч двух вскрываемых штофов с водкой, а из ртов бесцеремонно вырвали-убрали кляпы.

– Хлебайте, сволочи!

Место кляпов заняли бутылочные горлышки, и обжигающая жидкость с неприятным привкусом широким потоком хлынула внутрь.

– Вот так.

Чемоданчик и подрывную машинку, используемую в качестве полевого детектора лжи, засунули в мешок и вынесли прочь, все остальное исчезло в карманах «лавочников» – все, что принадлежало их товарищу. Опять вернулся из соседней комнаты рыжебородый, придирчиво осмотревший «гостеприимных хозяев». Оттянул им веки, довольно кивнул при виде стеклянных глаз…

– Уходим.