Магнатъ

Энергично работающий карандашом профессор всей душой поддержал последнее начинание – будет на кого скинуть составление заявок и прочую канцелярскую работу.

Проводив дорогого (причем во всех смыслах) гостя, Александр вернулся в кабинет и весело хмыкнул, расплываясь в веселой усмешке. Подошел к зеркалу, поправил шейный платок и состроил на лице самое печальное из возможных выражений:

– Нас убивают тайные враги, мы все умрем… Бу!!!

Расхохотавшись в полный голос, князь едва не пропустил мимо ушей короткий стук в дверь, знаменующий приход последнего в этот день посетителя.

– Добрый день, Иван Иванович. Прошу!..

Вопреки своей привычке основательно раскладываться на столе самыми разными документами, на сей раз заместитель главного инспектора господин Купельников обошелся всего лишь одной тоненькой служебной запиской и блокнотом – нынешняя встреча с начальством предполагалась короткой и не сулила никаких сложных тем.

– С вашего позволения, я начну? Слушаюсь.

Кинув быстрый взгляд на блокнотную страничку, бывший жандарм деловито отрапортовал о том, что розыски девицы Марии Саломеи Склодовской увенчались успехом – оная как раз изучает химию и физику в Сорбонне, проживая на полном обеспечении своей сестры Брониславы. Впрочем, Мари никак нельзя было упрекнуть в лености и желании жить за счет родных – просто в свое время сестры договорились, что, пока одна из них учится, вторая зарабатывает деньги на проживание и еду, и соответственно наоборот. Первой столь желанное образование получила старшая Бронислава…

– Энергичная, целеустремленная, умная и весьма амбициозная в плане науки девушка.

– Ее отношения с Пьером Кюри?

– Она безусловно с ним знакома, но не более того.

Сделав заметную паузу, Купельников поинтересовался дальнейшими инструкциями касательно члена французской Академии наук и его талантливой студентки.

– Свернуть наблюдение, закрыть это дело. В самое ближайшее время к мадемуазель Склодовской отправится рекрутер компании – столь перспективные кадры нам нужны.

О том, что мсье Кюри посетит один из работников отдела экспедирования, он говорить не стал: во-первых, зачем нагружать подчиненного лишними знаниями? А во-вторых, он и сам еще ничего не решил. С одной стороны, только такой энтузиаст, как Пьер, мог исследовать явление радиоактивности годами и почти полностью за свой счет, и если его тем или иным образом притормозить – кто знает, насколько это отодвинет работы по созданию ядерного оружия? С другой же стороны, у этого фанатика явно были какие-то коллеги и единомышленники, способные подхватить выпавшее знамя научных исследований, так что одним Кюри дело могло и не ограничиться.

– Будет исполнено.