Магнатъ

Стоило только ему обогнуть саженной высоты вал земли на границе стрельбища и пройти небольшую будочку с отсутствующим (очередной непорядок!) сторожем насквозь, как все ожидания-предположения тут же подтвердились. На широком поле присутствовали мастеровые опытного производства, оба Мосиных, Сергей и Митрофан, и что самое возмутительное – присутствовали они не просто так, а в компании из трех незнакомых чиновников и целой дюжины еще более незнакомых мужчин абсолютно цивильного вида. То есть личностей, на Императорском оружейном заводе априори посторонних! Не успел он сделать еще несколько шагов, как один из штатских штафирок, затянутый в вицмундир чиновника восьмого класса, довольно ловко прижал к плечу карабин непонятного вида, чуть-чуть подался вперед – и разразился длиннющей очередью, звучавшей просто бесконечно долго. Мишень, принявшая на себя весь этот свинцовый шквал, заметно покосилась, а чиновник что-то сделал со своим ручным пулеметом и опять чуть подался вперед.

– Прошу прощения, ваше высокоблагородие, но дальше проход закрыт.

– Что?!

Ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду…

Громыхающий лай неизвестного доселе оружия заметно сбил с толку полковника – пожалуй, только этим и можно было объяснить охватившее его недоумение пополам с оторопью. Его что, не пускали дальше? Его?!..

– С дороги!

– Прошу прощения, ваше высокоблагородие, проход закрыт.

– Та-ак!.. Кто дал такое распоряжение?

Один из пары солдат-отставников (а такие вещи Сокерин подмечал влет – одна только выправка чего стоила!) слегка удивленно пожал плечами, при этом даже и не думая пропускать:

– Известно кто – начальство.

Подумав, что он, возможно, чего-то не знает, офицер-чиновник понизил тон и приказал:

– Так, голубчик, доложи-ка обо мне.

– Не велено.

– Что?! А ну-ка, в сторону. Живо!

– Прошу прощения, ваше высокоблагородие, проход закрыт.

– Прочь!..

Щелк.

Молчаливый напарник общительного отставника (теперь в этом сомнений не было) взял и без каких-либо сомнений взвел курок пистолета. Небольшого. Никелированного. И что самое неприятное – направленного точно на левую ногу офицера Русской императорской армии.

– Назад.

Сказано было столь убедительно, что Георгий Иванович сразу поверил: будет упорствовать – непременно обзаведется дыркой в бедре. Может быть, даже и сквозной – если повезет. Сжав в бессильной злобе кулаки, чиновник Военного ведомства сделал ровно один шаг назад и вместо бесполезной ругани многообещающе посмотрел на будущих обитателей каторги – спускать такую неслыханную наглость каким-то там нижним чинам он не собирался.