Магомама, или Попаданка наоборот

 — И вдруг заорала в голос: Осторожно!»

Поздно, я уже поставила мокрый белый кувшин на специальную подставку и нажала кнопку. И тут в меня ударила синяя молния.

Глава 15

«Очнись! Шивон! Господи, да очнись же! — кричал кто-то у меня над головой. — Сейчас дети прибегут, испугаются! Только не умирай, пожалуйста, пожалуйста!»

— Я и не умираю вроде, — голос прозвучал хрипло и как-то незнакомо.

Где это я? Что со мной? А! Это же Шурин голос. Я попала в ее тело из зеркала, и…

«Вставай, пожалуйста! — жалобно уговаривал голос. Точно, это лампа, в которую угодила Шурина душа. — Вставай тебя током ударило. Нельзя мокрыми руками, и вообще ты как?»

Уф-ф-ф, вспомнила, точно, меня ударил чайник. Длинной такой синей искрой. Хм-м-м. Я встала с пола, на который съехала, оказывается, вдоль кухонного стола. Ну хорошо хоть, навзничь не грохнулась. Шуму было бы, и дети точно бы прибежали. И снова вызвали «скорую», ага. А все же, что это было?

Очень странно, но искра была похожа на разряд сырой магии, какие бывают в некоторых пещерах, например, где гномы добывают золотой камень электронит. Но почему вдруг белый прибор, даже отдаленно не похожий на смолу мифических древних деревьев, сохранившуюся под каменной толщей в течение миллионов лет, вдруг шибанул в меня магией?

И самочувствие как-то у меня изменилось после этого удара. Точнее, не самочувствие даже, а самоощущение. Причем не в худшую сторону, что удивительно. И знакомый такой зуд в кончиках пальцев. Давно-давно забытый, но знакомый. Как как было в детстве, когда дар пробудился! Боги и твари, неужели я ведь думала, что в этом мире нет магии, уже почти смирилась с этим, хотя и ощущала где-то внутри сосущую пустоту и от этого жуткую неуверенность, незащищенность и беспомощность. А теперь кажется эта пустота уже не такая пустая?

«Ты как? Ты что? — продолжала с тревогой спрашивать Шура, и я мимоходом порадовалась, что не упала вперед, а то еще раздавила бы ее в нагрудном кармане. — Шивон, не молчи, пожалуйста! Я не успела сказать, что чайник старый и его нельзя мокрыми руками и он весь мокрый был».

— Да я не молчу, — машинально ответила я вслух, а потом не сдержалась, протянула руку и филигранным, за годы практики отточенным движением нарисовала в воздухе руну управления.

Чайник, подаривший мне эти незабываемые ощущения, плавно поднялся с подставки и завис в воздухе.

«Это что?! — ошалело переспросила Лампа, и мне показалось, что ее голос в голове прозвучал как-то четче и громче. — Это…»

«Магия вернулась, — подтвердила я, блаженно улыбаясь. — Слабенькая, едва-едва на троллий носок, но лиха беда начало. Шура! Живем! Теперь нам никакой жаб не страшен, теперь…»

Мои ликующие мысли были прерваны громким звонком в дверь.