Майя. Игрушка Шейха (СИ)

Почему я? Почему не Машка или Олеся? Почему он выбрал меня? Эти проклятые туфли сделали меня в его глазах доступной профурсеткой? В итоге мои сокурсники реально стажируются, а я…

Он берет меня за подбородок и разворачивает мое лицо к себе.

-Разве я не заслуживаю даже легкой благодарности? Я вытащил твою семью из нищеты… Твоей матери больше не нужно упахиваться на работе…

-Про месяц- это тоже не для меня?- сейчас его аргументы о великих благодеяниях летят в пустоту. В голове вибрирует надежда, что это скоро закончится,- Вы сказали, что матери озвучили практику в месяц. Значит, спустя это время я смогу вернуться?

Тамер усмехается, оставляя мой вопрос без ответа.

-Отдыхай, Майя. Наслаждайся покоем и набирайся сил. Они тебе пригодятся. Впереди много практики…

Он встает и вальяжно идет в сторону.

-Не продешевили?- не выдерживаю и выплевываю вопрос, вставший комом в моем горле, отсылающий нас в вечер накануне.

Он оглядывается, вопросительно поднимая бровь.

-Думаете, я стою не больше миллиона долларов? Может быть, слишком дешево для той, кого похищают и увозят в другую страну… Ради которой организуют практику для целого курса… Кстати, как Вы заткнули рты студентам? Они не удивлены, что меня среди них нет?

Тамер хмыкает. Мрачно и знающе. Я не могу понять смысла этой его реакции.

- Я им тоже заплатил. За молчание. Они с удовольствием согласились. И не только им, Майя. Не хочу тебя расстраивать, но никто не хватится о твоей пропаже на родине. Думаешь, декан зря лично позвонил матери? А пересечение границы? Тебя ведь ввозили на территорию аэропорта.

Когда он это говорит, мои руки холодеют, а голова начинает кружиться от нового приступа отчаяния.

- Еще один мой урок тебе, баннута. В развитие темы денег, которую мы уже затрагивали накануне. В этом мире, Майя, есть одна самая дорогая и самая дешевая вещь. Знаешь, что это? Женщина…Парадоксально то, что самой дешевой и самой дорогой вещью может быть одна и та же женщина… Просто в разные этапы своей жизни… Обычно все идет по классической схеме. Вещи обесцениваются. Утрачивают срок своей годности и обесцениваются…

Теперь усмехаюсь я. Мне, похоже, уже нечего терять. Вот так ненавязчиво и велеречиво он транслировал мне прямую угрозу… Но я почему-то не боялась. Кипящая внутри лава вот-вот была готова вырваться наружу. Я была кошкой, загнанной в угол. И готовой нападать и царапать. Болезненно, хоть и бессмысленно.

-Вещь… Для тебя женщина вещь… Вот что здесь парадоксально. И это ты мне говорил что-то про стереотипы о жизни на Востоке… Да ты сам один ходячий стереотип!

Тамер, явно раззадоренный нашим спором, снова возвращается ко мне, нависая.

-Мы с тобой, кажется, не переходили на «ты», Майя.