Маковое Море

Полетт сидела на корме, а потому не видела своего бывшего пристанища, как не замечала страданий гребцов.

— Если б только вы согласились помочь, все бы легко сладилось, — тараторила она. — Джоду вам подтвердит: с малолетства я умею делать все, что умеет он. По деревьям лазаю не хуже него, бегаю и плаваю лучше, а гребу почти так же хорошо. Кроме того, я тоже свободно говорю на бенгали и хиндустани. Что из того, что он смуглый? И я не настолько бледна, чтобы не сойти за индуса. Поверьте, нас часто принимали за братьев — стоило мне сменить фартук на повязку да накрутить полотенце на голову.

И вот так мы слонялись повсюду — на реке и городских улицах, спросите его, он не даст соврать! Если он может быть ласкаром, то я уж и подавно. Притемню краской веки, надену чалму и повязку — никто меня не распознает. А работать стану под палубой, чтоб реже попадаться на глаза.

Представив ее в набедренной повязке и чалме, Захарий потряс головой, отгоняя противный, неестественный образ. Даже девушку в сари было трудно примирить с той Полетт, какую он впервые увидел на «Ибисе» и которая потом заполняла его мечты, — нежное личико в обрамлении капора, пена кружев на груди.

С такой Полетт он мысленно вел беседы и выходил на прогулку, не желая ничего иного. Но вообразить, что она в бандане и саронге босиком карабкается по выбленкам, лопает из миски рис и расхаживает на палубе, изрыгая чесночный запах, было равносильно тому, чтобы влюбиться в ласкара или назвать своей милой обезьяну.

— Мисс Ламбер, ваша идея — всего лишь дымсель[103] и никогда не поймает ветер. Во-первых, ласкаров набирают не офицеры, а боцман, который получает их от вербовщика. Насколько я знаю, все вербовщики доводятся нашему Али двоюродными братьями, дядьями и черт знает кем еще.

Я не вмешиваюсь — только он решает, кого брать.

— Но взял же он Джоду!

— Тогда сыграло не мое слово, но авария с лодкой.

— Если Джоду замолвит за меня словечко, боцман меня возьмет, правда?

— Возможно. — Захарий глянул на Джоду, которого перекосило от злости: парень явно с ним заодно, так что пусть сам скажет. — А что он-то об этом думает?

Джоду странно зашипел и разразился сбивчивыми выкриками, не оставлявшими сомнений в его позиции:

— Стоп!.. Как она жить в куче мужиков?.

. Багор от боканца не отличить… брамсель от марселя… — Завершили тираду риторический вопрос и презрительный плевок за борт: — Баба-ласкар?.. Брать глубину!

— Не обращайте внимания на этого сопляка! — вмешалась Полетт. — Он просто завидует и не желает признать, что из меня матрос выйдет не хуже. Ему нравится выставлять меня беспомощной сестренкой. Впрочем, его мнение не важно, он сделает, как вы прикажете, мистер Рейд. Все зависит только от вас.

— Вы сами говорили, что он вам как брат, — мягко напомнил Захарий.