Маленькая хозяйка большого герцогства

Мармеладные сердца

— Вам понравилось, господин канцлер? — тихий томный голос. Вспоминаю, как убаюкивал мою бдительность барон: — Тогда загадайте ещё одно желание…

Протягиваю второе алое сердце, и канцлер засовывает его в рот с лёгкой улыбкой.

Кажется, я принимаю правила игры этого мира.

Нидарийские купцы церемонно благодарят короля за оказанное внимание и пятятся, отходя от трона. Его Величество делает знак, дозволяя приблизиться. Беру канцлера под руку, и дохожу до ступеней подиума, приветствуя дядюшку церемонным поклоном.

Дядюшка приветствует ответным сдержанным кивком, не сдерживая на лице некоторого недоумения:

— Рад видеть тебя, Эммилина. Хорошо что ты сама подошла, я как раз намеревался послать за тобой.

Король делает знак рукой, чтобы остальные удалились на расстояние слышимости. Обычное дело, когда он не желает присутствия лишних “ушей”.

Канцлер не уходит, и король приподнимает одну бровь."

"К трону поднимается Зейн-Малик. Он что-то шепчет королю на ухо, отчего уже обе брови монарха ползут вверх. Впрочем, в следующее мгновение на лицо короля возвращается маска бесстрастности.

Немного теряюсь, не зная с чего начать, но меня опережает Алекс:

— Ваше Величество, вы позволите?

Король коротко кивает, и Алекс становится рядом с канцлером:

— Господин канцлер, это вы прислали рубиновое колье Эммилине Эон Нидао?

— Да, — на лице любителя красного играет блаженная улыбка.

— Вы знали, что колье содержало эликсир Михтасса?

— Да.

Король хмурится и жестом приказывает остановиться. Поднимается и проходит в дверь, скрытую за троном, предлагая следовать за ним.

В просторной комнате, напоминающей уютную гостиную, монарх усаживается в одно из кресел и окидывает присутствующих мрачным взглядом:

— Здесь нас точно не потревожат. Пусть пошлют за королевским дознавателем и статистом.

Одного из стражников отправляют с поручением, а Зейн-Малик проясняет ситуацию:

— Прошу прощения, Ваше Величество, пришлось экстренно принимать решение и взять на себя ответственность за применение к канцлеру “лёгкого сознания”.

Догадываюсь, что Зейн Малик говорит это и для меня. Предупреждает, чтобы ненароком не проболталась. Выгораживает.

Смотрю на поверенного с большой благодарностью. Он ловит мой взгляд и едва заметно кивает. Теперь мы ничего не нарушали, решение об использовании “лёгкого сознания” принял тот, кто имеет на это полномочия. Зейн-Малику тоже легче. Не придётся тратить время, контролируя ход расследования. И без того забот полно.

— Продолжайте, граф, — дозволяет король.

Алекс становится перед канцлером, заставляя того смотреть себе в глаза:

— Уважаемый канцлер, вы использовали в ритуале Михатасса кровь Эммилины Эон Нидао?

— Да.

Непроизвольно вздрагиваю.