Мало ли что бывает (сборник)

Но на прошлом сабантуе по поводу дня рождения Хали (вообще он Халимовский) Вовка выпил чуть не целую бутылку вина и сказал, что помирает. И действительно, ушел в другую комнату, лег на диван и стал помирать. Губы у него посинели, ногти тоже посинели, он мелко задрожал и заклацал зубами.

На это никто не обратил никакого внимания, все веселились под маг, топали ногами, как стадо носорогов. Я сказала Вике, что Вовка помирает, но Вика решила, что он помирает из-за неразделенного чувства, и заплясала еще радостнее.

Тогда я села возле Вовки и стала плакать. Через какое-то время Вовка ожил, и я смогла спокойно уйти домой.

Дома я все рассказала маме. Мама спросила:

– А ты где сидела, в голове или в ногах?

– У изголовья, – вспомнила я.

– А он видел, что ты плакала?

– Нет.

– Вот и напрасно, – сказала мама. – Надо было сесть у его ног. Тогда бы он видел.

– А зачем? – удивилась я. – Я плакала не затем, чтобы он видел. Мне просто было его жалко.

– Надо же... – сказала мама.

– Ничего не «надо же», – обиделась я. – Какие-то вы все...

– Вот чек, – напомнила женщина с челкой и подвинула мне чек.

«А почему она не на работе?» – подумала я о женщине, но спрашивать, естественно, не стала. Взяла чек и проверила сумму.

Вика рядом со мной заворачивала сыр в бумагу.

– А бумага, как картон, – сказала женщина с пронзительными глазами, та, что стояла недавно в моей очереди. Она заняла в обе сразу, для экономии времени. – Небось сто граммов весит. Только бы надуть...

Вика промолчала.

– Неужели нельзя в пергамент заворачивать? – не отставала женщина.

– А где я вам пергамент возьму? – спросила Вика. – Был бы, так и заворачивала.

Я внимательно следила за конфликтом, готовая вступиться в любую минуту."

"– У меня такое чувство, как будто он плюнул мне в лицо, – сказала Вика мне, игнорируя свою недовольную покупательницу.

– И напрасно, – возразила я.

– Мне кажется, на меня все смотрят и показывают пальцем. Это ужасно.

– Что ужасно? Ты же его не любила?

– Но он был! Я ему верила! Он меня обманул!

Вика швырнула сыр, и он проехал по прилавку прямо до покупательницы с пронзительными глазами.

– Нахалка! – сказала она. – А еще молодая...

– Сами вы молодая, – ответила Вика, но это прозвучало как «сами вы нахалка».

Женщина стояла и не знала – обижаться ей или нет.

– Ну конечно, молодая, – мягко поддержала я Вику.

Женщина перевела на меня пронзительные глаза и решила, что при всех обстоятельствах, даже будучи нахалкой, лучше оставаться молодой. Она забрала свой сыр и отошла.

...Однако Вовка заметил тогда, что я плакала. Мало того, что он заметил, – это произвело на него сильное впечатление. На другой день он ходил подавленный от перевыпитого вина и от впечатления.