Малой кровью на своей территории
Июнь 1941 года. Начало Великой Отечественной войны, самой тяжелой и кровавой войны в истории человечества. Тяжелейшие бои под Брестом и Гродно, танковые клинья вермахта под Минском, Белостокско-Минское сражение, окружение и разгром трех армий в Белостокско-Минском котле. Первое крупное поражение Красной Армии, которое оказало сильное влияние на весь ход войны. А если бы было по-другому? Если бы советские войска не отступали в беспорядке с Белостокского выступа, теряя и бросая по пути технику без горючего и боеприпасов, а организовали на его территории крепкую оборону под умным командованием? И если бы в этом советским войскам помог знаниями из будущего и своим боевым опытом наш современник…Содержит нецензурную брань.
Командир корпуса и его начальник особого отдела молчали каждый сам по себе, даже глядели в разные стороны, а Трофимов снова сел на стул и затих, чтобы не отвлекать их от размышлений. Наконец Хацкилевич очнулся от дум и перевел взгляд на Трофимова.
– Ну, что скажешь, бригадный комиссар? Давно тут у тебя этот «лейтенант Иванов» будущее предсказывает? Откуда он вообще взялся?
– С 24 июня предсказывает, товарищ генерал-майор. Сейчас 26, – трое суток, получается. А откуда взялся – он сам, с группой пограничников и их раненым командиром, из немецких тылов к Сокулке пришел.
– Записи – это хорошо, записи я потом почитаю. Но ты – бригадный комиссар и начальник особого отдела дивизии – ты мне вот что скажи: сам-то ты ему веришь – тому, что он из будущего? И его информации об этой войне – веришь?
Трофимов некстати вспомнил, что совсем недавно и практически теми же словами он задавал это вопрос младшему лейтенанту Петрову, и с большим трудом сдержал неуместный смешок.
– Товарищ генерал-майор, пока все сведения, которые лейтенант Иванов сообщил о текущей оперативной обстановке, полностью подтверждались впоследствии.
Трофимов все-таки достал свои записи и рассказал Хацкилевичу об идее Сергея со сбором и использованием трофейного немецкого оружия.














