Малой кровью на своей территории

Ведь, появись Сергей там сейчас, кто он такой был бы для руководства страны? Никому не известный и очень подозрительный субъект «то ли из будущего, то ли еще откуда», что-то там предсказывающий о ходе войны и поражениях Красной Армии. А ведь всем советским людям известно и даже закреплено в Полевом уставе РККА 1939 года (ПУ-39), что: «В силу исторически сложившихся условий Красная Армия существует как непобедимая, всесокрушающая сила. Такой она является, такой она всегда будет».

И как он – этот подозрительный неизвестный, а может и шпион, – будет рассказывать руководству страны об ошибках в организации, подготовке, стратегии и тактике Красной Армии, когда в 3-м пункте 1-й главы (Общие основы) того же Устава прямо указано: «Великая мощь и несокрушимая сила Рабоче-Крестьянской Красной Армии заключаются в ее беззаветной преданности великому делу Ленина – Сталина, Родине и большевистской партии; в морально-политическом единстве с народом и тесной связи с ним; в высокой революционной воинской дисциплине; в смелости, решительности, отваге и героизме всего ее личного состава; в постоянной боевой готовности; в отличной боевой выучке и в богатом оснащении самым современным и самым совершенным вооружением…»

Совсем другое дело – попасть к руководству страны после успешной операции по организации Белостокского оборонительного укрепрайона и срыва темпов немецкого наступления как автор и непосредственный участник воплощения этой идеи и сопутствующих ей новых методов организации и обучения войск, использования техники и вооружения.

Тогда и первое впечатление о нем, и отношение к его словам будет иным – по крайней мере, Сергей на это очень надеялся.

Поэтому, прервав повисшее в кабинете во время его размышлений молчание, Сергей ответил Хацкилевичу так:

– Отвечаю в порядке заданных вами вопросов, товарищ генерал. По первому вопросу: – Информацию по расположению и перемещению немецких войск по состоянию на сегодня и на несколько дней вперед на подготовленную вашими штабистами карту нанесу сразу после совещания – думаю, часа мне хватит. Информация стратегического характера о ходе и ошибках начального периода войны для Москвы, как мне кажется, может немного потерпеть – день-два, а то и неделя, все равно уже ничего не решат.

А время, затраченное на подготовку этой информации, сейчас можно с толком потратить для решения более насущных проблем.

Для командования Западного фронта готовить информацию об ошибках начального периода войны сейчас тоже бессмысленно – все действия командования округа, а теперь фронта, с первого дня войны – одна большая ошибка.