Малой кровью на своей территории

Ты лучше, пока еще стоим, иди, проверь, чтобы все добро, которое ты с собой привез, да и мы тут нашли, было правильно распределено и ничего при дальнейшем движении не потерялось. Ну, и первичный учет по вновь прибывшим людям и ресурсам в отрядном Боевом журнале оформи, где-то час времени у тебя есть.

Старшина Авдеев, успокоенный и вдохновленный тем, что командир все его резоны понял правильно и не сердится за проявленное самовольство, энергично отправился окунаться в хозяйственные заботы. А Сергей продолжил осматривать столь неожиданно привалившее бронемеханизированное счастье в виде четырех танкеток, попутно, пока их мехводы ждали своей очереди на беседу к особистам, уточняя у старшего «мазуты» возникающие вопросы по характеристикам машин и выясняя у него же, как у очевидца событий, обстоятельства взятия немецкими войсками Гродно.

Сержант Коршунов, невысокий и худощавый, с ранней сединой в густых черных волосах и руками, как будто навсегда пропитанными въевшимся машинным маслом, слегка растерянно переминался у своей танкетки и оглядывался по сторонам, явно пораженный царившей вокруг суетой и обилием бойцов и командиров Красной армии, притом, что эти суета и обилие имели место в немецком тылу.

Но позже, в процессе неторопливого разговора, успокоился, перестал настороженно высматривать в обе стороны дороги возможное приближение немцев и, направляемый наводящими вопросами Сергея, рассказал тому очередную печальную историю некомпетентности и головотяпства командования почти всех уровней при организации обороны и ведении боев в районе Гродно в первые дни войны.

Сам Коршунов – старший мехвод-инструктор учебной роты 29-й танковой дивизии 11-го мехкорпуса, что была дислоцирована в Гродно.

Из боевого состава был списан незадолго до войны по состоянию здоровья – после того, как раненый и контуженый, горел в танке на Зимней войне, при сильном напряжении в боевой обстановке периодически стал подвержен кратковременной потере сознания. Но опыт вождения и ремонта различной бронетехники, от легких до тяжелых танков, за время службы приобрел очень значительный, вот и оставили его, с учетом боевых заслуг, инструктором в учебной роте – натаскивать молодых мехводов и попутно помогать техническим службам в ремонте техники.

Коршунов, конечно, не знал всего, что творилось в ходе боев за Гродно и в его окрестностях, поэтому рассказывал только то, что знал о положении дел и участии в боях своей танковой дивизии. А Сергей слушал рассказ сержанта и одновременно сопоставлял его слова с той информацией, которую почерпнул в своем времени, изучая историю Великой Отечественной войны.