Малой кровью на своей территории

Вот его любимые танки – это да! Это скорость, маневр, броня, огонь! Это мощь и сила, способная прорвать любую оборону и победить в открытом бою любого врага! А десант, даже со своими средствами усиления в виде артиллерии, минометов и совсем легкой брони, – это так, для отвлечения внимания…

Так он думал раньше, до войны. А потом началась война – и все пошло совсем не так. Где теперь эти танки?.. Нет, танкисты молодцы и дерутся отчаянно, но только обстановку это не спасает… Часть танков уничтожена противником, часть просто сломалась, еще до боя, а часть брошена при отступлении без горючего… В результате не прошло и недели боев, а немецкие танки уже под Минском.

Со дня на день они могут прорвать оборону, и тогда в городе начнутся уличные бои, где нашим войскам нужны будут уже не танки, которых и так почти нет, а такие вот – самостоятельные, отлично подготовленные бойцы, способные вести бой за линией фронта и малыми группами. Они в этом деле всяко получше обычной пехоты будут… Особо, если к их подготовке и умениям кое-какие средства и идеи из присланных Хацкилевичем материалов добавить…

Полковник Левашов, наблюдая задумчивость командующего фронтом, но не усматривая в его задумчивости особого раздражения, набрался смелости спросить о важном для своих бойцов.

– Товарищ генерал армии, а куда нас теперь, в смысле бригаду мою куда? Был слух, что в пехоту нас отправят?

– Что, полковник, не хочешь в пехоту, на передовую? – с легкой ехидцей переспросил Павлов.

– Дело не в этом, товарищ генерал армии, – глядя тому прямо в глаза, твердо произнес Левашов. – И я, и мои бойцы готовы хоть сейчас в бой, и воевать будем там, где Родина прикажет.

А мои бойцы и в пехоте, на переднем крае, себя отлично покажут, будьте уверены, я за это ручаюсь. Вот только жалко будет, если мои орлы там все, чему их учили, применить не смогут, всю свою штурмовую и разведывательно-диверсионную подготовку проявить…

– Штурмовую и разведывательно-диверсионную подготовку, говоришь, – раздумчиво протянул Павлов, немного помолчал и обратился уже к полковнику Казанкину: – А что, полковник, остальные воздушно-десантные бригады в твоем корпусе такую же хорошую подготовку имеют?

Комкор покосился на Левашова, тяжело вздохнул и с сожалением ответил:

– Нет, товарищ генерал армии, остальные две бригады корпуса значительно слабее в плане подготовки будут, а в плане боевого опыта – так вообще никакие.

Это ведь только 214-я бригада у нас в корпусе изначально десантная и в боевых действиях поучаствовать успела. И именно на ее основе, собственно, весь наш корпус весной 1941 года развернули.