Малой кровью на своей территории

Ну, а уж он со своими артиллеристами в долгу не остался – позиции для его сорокапятки и приданных полковых пушек подготовлены и замаскированы образцово, теперь скорее бы противник появился, и тогда они наконец впервые с начала войны покажут фашистским ублюдкам, что такое правильно организованная артиллерийская засада!

– Товарищ капитан, немцы на подходе! – выдохнул запаленный кавалерист-разведчик из дальнего дозора. – Минут через пять-десять здесь будут…

Сотников, порывисто вскочив с подножки броневика, облегченно-радостно выдохнул – ну вот, наконец-то, началось – и, на ходу вытаскивая из футляра трофейный немецкий бинокль, ломанулся к заранее оборудованному для него на дереве помосту, с которого он намеревался вести наблюдение и подавать сигналы в предстоящем бою. Но успел пройти всего пару шагов до того, как из открытой двери броневика ему вслед высунулся радист:

– Товарищ капитан, вернитесь! Вас по радиосвязи вызывает лейтенант Иванов!.."

"Когда утренние гигиенические процедуры командира 1-го батальона 329-го пехотного полка 162-й пехотной дивизии вермахта оберст-лейтенанта (подполковника) Иоганна Карла барона фон Виттельсбауха прервал посыльный из штаба с сообщением о том, что лагерь военнопленных атакуют русские пулеметные танкетки и пара пушечных броневиков, это поначалу вызвало у него недоверие и даже легкую усмешку. Какие, к дьяволу, здесь русские войска, откуда? Все части Красной армии, за исключением отдельных незначительных очагов сопротивления на некоторых приграничных заставах и нескольких жалких узлов обороны в недостроенных укрепрайонах, бегут от границы под ударами доблестных немецких войск (ну, вот как его доблестный батальон, к примеру), а тут – неожиданная атака русских, да еще и подкрепленная их броневыми силами. Нет, это явно какая-то путаница, или, скорее, командир охранного взвода перебрал накануне местного шнапса, наряду с другими качественными продуктами награбл… реквизированного у местного населения для нужд немецкой армии.

Все еще усмехаясь нелепому сообщению, командир батальона приказал повторно связаться с командиром караульного взвода и передать, что после смены с караула его ждут несколько эпизодов дисциплинарной практики. Но когда через пару минут запыхавшийся посыльный сообщил, что связи с лагерем военнопленных больше нет, оберст-лейтенант удивился.