Мама для наследника

Я периодически бросала на повелителя безмолвные взгляды, видя плотно сомкнутые губы и напряженную шею. При этом он, кроме того, что поддерживал меня одной рукой, никакого внимания на меня не обращал. Все его реплики были адресованы исключительно сыну, который находился в моей жилетке спереди и, спасибо ему большое, очень неплохо переносил дорогу.

Останавливались за весь день всего несколько раз, чтобы покормить и перепеленать Вовку. За это время правитель не сказал мне и пары фраз, ехать с ним было совершенно некомфортно. Я чувствовала если не враждебность, то какую-то настороженность. После того как прошла эйфория от побега и спасения нас рыцарем на белом коте, я окунулась в другую, уже несколько забытую реальность. На меня все бросали косые взгляды, и на лицах воинов, сопровождающих повелителя, читалось осуждение. Прояснять ситуацию мне не хотелось, я предчувствовала нечто крайне неприятное. И это неприятное хотелось оттянуть как можно дольше.

К сожалению, есть вещи из разряда неизбежного. И неприятные разговоры из их числа.

На ночной привал обустраивали лагерь основательно. Нам с Панен и малышом выделили небольшую, но отдельную палатку, вокруг палатки, ясное дело, стояла охрана едва ли не в два ряда. Этому я только рада. Если честно, весь день я оборачивалась через плечо, боясь увидеть какие-то признаки погони. На наше счастье, чародеям временно не до нас. Но и тешить себя надеждами, что все позади, очень и очень рано.

Когда я покормила ребенка и совершила все гигиенические процедуры как для малыша, так и для себя, за дверью раздалось покашливание и последовало вежливое приглашение прямо сейчас явиться к повелителю. Ребенка я оставила на Панен, которая выглядела потерянной и несчастной. Подбодрить ее у меня не получалось по одной простой причине — мое настроение тоже находилось отнюдь не на высоте. Но возня с ребенком немного отвлечет бедную женщину от случившегося. Всю сознательную жизнь прожить в Закатной крепости с устоявшимся бытом и укладом, а потом не просто все изменить — потерять в один миг, это, безусловно, тяжело. Она и будучи молодой не решилась на побег, а сейчас уже зрелая женщина и тем более воспринимает подобные перемены болезненно.

Палатка повелителя лишь немногим больше нашей, два на два метра, с низким потолком. Думаю, правитель не может выпрямиться в ней во весь рост. «Наверное, именно поэтому он не стал вставать, приветствуя даму», — мелькнула ироничная мысль. Я внутренне усмехнулась, готовясь отчитываться и оправдываться.

— Садись, — кивнул повелитель, указывая на постеленное на полу одеяло. — Садись и рассказывай.