Мама для наследника

«Все будет хорошо», — уже засыпая, шепнула я себе, чувствуя, как погружаюсь в спасительное забвение.

«Да, — будто отозвались в ответ, — будет».

Но я уже слишком глубоко ушла в сновидения, чтобы реагировать на что-либо.

Утром я проснулась оттого, что кто-то плакал. И это был не Вовка. Я открыла глаза, поеживаясь от пробравшегося в палатку холода. Хотелось забраться под одеяло по самые уши, но вместо этого я приподняла голову.

Рядом, тихо всхлипывая, лицом вниз лежала Панен.

— Панен! — Я осторожно коснулась женщины.

— Прости, — заикаясь и еще не отойдя от слез, сказала она, — не хотела вас будить.

— Ну, Володю трудно разбудить, сон младенца, он такой, — неловко пошутила я.

— Угу, — только и отозвалась все так же, не поднимая головы, женщина.

— Панен, я понимаю, как тебе нелегко, — попыталась утешить ее я, с трудом подбирая нужные слова, — но ведь с чародеями тебя, вероятнее всего, ждала бы смерть.

— Зато умерла бы там, где прожила почти всю жизнь, — неожиданно для меня ответила она.

— Ну что ты! — Я провела рукой по ее плечу. — Тебе еще жить и жить.

— А зачем? И где? И как? — спросила она, сбрасывая мою руку. — Какое у меня будущее вне крепости?

В этот момент проснулся и Вовка, потребовав еды. Но разговор я вот так заканчивать не собиралась.

— Я уверена, для такой замечательной женщины обязательно найдется местечко.

— И где же? Кому нужна старая одинокая женщина без роду-племени? Вам, принцессе, хорошо говорить, — подняла на меня заплаканные глаза Панен и снова уткнулась в подстилку. И тут я вдруг сообразила…

— А почему ты ко мне на «вы» обращаешься? Ведь мы были всегда на «ты»."

"— Потому что в крепости не смотрели на положение и титулы. Там все были равны. И чародеи, и простые жители. Все обращались друг к другу просто. А теперь мы снова в обычном мире, где вы — принцесса, а я — никто.

Я опешила от подобного заявления. Знала бы она, какая я «принцесса».

— Панен, у меня есть предложение. Давай обращаться на «ты» друг к другу, несмотря ни на положение, ни на возраст! Мы столько прошли и пережили вместе! И, поверь, роднее и ближе тебя в этом мире у меня только сын.

И это чистая правда.

— А о твоем будущем мы позаботимся прямо сейчас. Вот как позаботимся о настоящем для Вовки, так и пойдем заботиться о тебе.

«Эх, кто бы обо мне позаботился», — подумалось мне. Но я слишком хорошо знала, что такое одиночество, когда ты сам за себя и один на один с абсолютно незнакомым миром. Уверена, Панен чувствует себя сейчас схожим образом.

Мы немного, как могли в походных условиях, привели себя в порядок и вышли из палатки. Лагерь уже потихоньку сворачивался, на огне готовилась каша, набираясь ароматом хвойного дыма. Недалеко от костра я заметила повелителя, разговаривающего с Лемом, и на мгновение замерла.