Мама для Ромашки

И этот противный звон в ушах, от которого глаза готовы вывалиться из орбит. Хоть бы это был конец света! Но, похоже, это мой персональный апокалипсис, не собирающийся заканчиваться.

С трудом разлепил свинцовые веки и пытаюсь понять, где я. Одно радует, что в своей спальне. Поворачиваюсь на бок и чуть не вскакиваю с постели. Рядом спит Нелли. Твою мать, что за…?

Приподнимаю одеяло, и это полный писец. Она голая, совершенно. И я. Черт. Что было у нас ночью? Какого хрена она вообще здесь спит?

Женщина открывает глаза и собственнически тянет ко мне свои руки.

— Не трогай меня, — рычу, поднимаясь, прикрываясь покрывалом.

— Милый, ты не в духе? А мне показалось, что после такой ночи у нас все наладится, — поет соловьем бывшая. — Это было потрясающе. Не припомню, чтобы ты был таким страстным в постели, — скользко улыбается она. А меня всего передергивает только от одной мысли, что я мог залезть на нее.

Ну, Беркутов, после такого ты просто шлюха, а не мужик. Становится противно от самого себя.

— Проваливай отсюда, — выставляю ее вон.

— Это как-то неприлично, — пытается она меня задеть своим обиженным тоном. — После того, что у нас было, — поднимается с постели и в чем мать родила направляется к двери.

— Рус, ты кретин, — она готова уже выйти, но мне приходится остановить эту идиотку.

— Зови меня как душе твоей угодно. Пай-мальчиком для тебя быть не собираюсь. Но и не забывай, что в доме живет трехлетний ребенок. И видеть тебя вот в таком виде ей не стоит, — кидаю в ее сторону еще одно покрывало и киваю на дверь. — А теперь пошла вон отсюда, — грубо, но и Нелли не невинная овечка.

Повязав на тело тряпку, она выходит с обиженным видом, пыхтя, как паровоз. Только вот меня это не торкает, никак совершенно.

И лишь голова дает о себе знать, намекая на то, что я еще жив. Да болит так, что не мудрено сдохнуть.

Искушение заползти обратно в кровать давлю с неимоверным усилием и плетусь в душ, где пропадаю почти на полчаса, приводя мысли в порядок. Ледяная вода слегка бодрит, а уже потом, более-менее приведя себя в человеческий вид и собравшись в офис, появляюсь на кухне, где Нина Федоровна уже вовсю колдует над плитой.

— Доброе утро, — здоровается она и ставит передо мной стакан с водой, кидая в нее таблетку. — Чтобы чувствовать себя человеком, — смотрит на меня с пониманием. А мне так стыдно в жизни точно еще не было. Докатился, Рус, уже и няня твоего ребенка понимает состояние твоего нестояния.

— Спасибо, — благодарю и залпом выпиваю предложенное лекарство. — Ромашка?

— Не переживайте, в саду уже, — отчитывается женщина. — В пять я ее заберу."

"— Спасибо, я в офис. Если что, звоните, — покидаю в спешке собственный дом.