Мама для Ромашки

Выскажет, а потом узнает, как умело играет на два фронта его подруга.

— Куда? — Олеся семенит следом за мной, пролетающим по парковке к машине.

— Садись, — открываю дверь и, дождавшись, пока удивленная секретарша сядет в авто, захлопываю и занимаю место за рулем.

— Ты ничего не хочешь мне объяснить? Куда мы едем, Руслан?

— Разбор полетов устраивать, Олеся.

Девушка удивленно на меня косится, но больше не говорит ни слова. И правильно, в таком моем состоянии — себе дороже лезть с расспросами.

До офиса “ВоронКорп” долетаю по пустым дорогам меньше, чем за полчаса, и когда паркуюсь перед однозначно знакомым для Олеси бизнес-центром, она бледнеет и еле переставляет ноги.

— Что-то ты так изменилась в лице? — злорадно ухмыляюсь, заходя в лифт и с остервенением тыча по кнопке нужного нам этажа. — Проблемы какие-то?

— Руслан, зачем мы сюда приехали? — сдавленно улыбается бывшая любовница, — вы же с Воротынцевым не особо ладите. Может, не нужно?

— Знаешь, Олеся, я искренне старался игнорировать всяческие выпады в мою сторону и в сторону моей компании…

— Но?

— Но ты сама не оставила мне выбора.

"Двери лифта разъезжаются, выпуская нас на нужный этаж, и уже там мчу прямо по коридору семимильным шагами, абсолютно не сомневаясь, что бывшая работница пойдет за мной. Однако у двери в кабинет генерального она тормозит и буквально упирается каблуками в пол.

— Не пойду.

— Что за детский сад? — рычу, оглядываясь на девушку, и краем глаза замечаю, как покраснела секретарша Воротынцева.

— Я не пойду в этот кабинет, мне…

— Я тебя не спрашиваю, — хватаю девушку за локоть и без стука, под возмущенный лепет секретаря в приемной, дергаю ручку и практически вталкиваю в кабинет Воротынцева его-мою любовницу.

Желаемое получено, и я немного успокаиваюсь. Дни проходят, как в тумане. Одно лишь счастье — это Роберта. Она все так же дома от меня не отходит, как бы Нелли не пыталась привлечь к себе ее внимание. Малышка постоянно скандалит и не разрешает матери приближаться к себе. И я совершенно не понимаю, что происходит. Ребенок находится в стрессе, а в последние дни она и вовсе стала плохо спать. Похоже, не я один страдаю бессонницей.

Инцидент с Алисой меня просто убил. Я несколько дней не мог прийти в себя, и каждый раз заглядывал в папку удостовериться, что мне это не показалось. Что она действительно дочь Воротынцева. Ну, а дальше: и великим стратегом быть не нужно, чтобы понимать, для чего она оказалась в моей фирме. В этот момент я не мог разобрать, кого ненавижу больше всего: себя за то, что клюнул на нее, или Алису за то, что не оправдала наше с Ромашкой доверие. И слова Марата, что так и не выходят из головы.