Мама на полставки

О черт… Черт… Что я хотела? Кажется, проучить его, да? Но то, как он близко стоял, дурманило мой разум. Мне, напротив, захотелось, чтобы он проучил меня за все. За все случайности, прегрешения и нарочно сделанные ошибки. Проучил сладко и порочно, чуточку грязно. Оооох, какие нехорошие мысли закрутились у меня в голове, сколько в них было сладких и откровенно-бесстыжих моментов. Я задрожала еще сильнее, а Эмин наклонился и уронил руки на талию, сжал пальцы, стиcнув меня до сладкой боли, отозвавшейся мурашками и теплом, разлившимся между бедер.

— Соблазняешь? — хрипло сказал он.

Его губы скользнули к моему ушку. Дорожка жаркого дыхания протянулась от скулы, до мочки, перебралась оттуда на шею.

Он неспешно начал целовать меня, все крепче вжимаясь бедрами, совершая ими плавные и едва заметные движения, вжимаясь на максимум, словно таранил меня.

— Прекратите, это просто неприлично! — ослабевшим голосом отозвалась я.

— Можно подумать, ты думала о чем-то приличном, проказница! — хриплым, севшим голосом отозвался Эмин.

Я закрыла глаза, собралась с мыслями. Меня сжимало желанием забыться обо всем и позволить себе немножко удовольствия. Или чуть больше, чем немножко, потому что разумные мысли таяли, растворялись без следа. Чтобы хоть немного вернуть себе расположение духа и не поддаться греховному соблазна, я перевела взгляд вниз, на Дарину, которая очень увлеченно изучала шнурки на остроносых, до блеска начищенных туфлях Сабитова. Дарина… Младшая сестренка Эмина! Я напоминала себе об этом снова и снова, чтобы зацепиться за нечто отрезвляющее, но мужские губы слишком уверенно скользили по моей шее, слишком нежно и чувственно толкали меня в пропасть соблазна.

А я ведь всего лишь хотела пококетничать немножко и обломать Сабитова, подумала я, с удивлением отметив, как сильно мне хотелось обнять мужчину за широкие плечи.

Но все полетело кувырком, желание было слишком сильным, а притяжение просто нереальным.

Оно скручивало все мои внутренности тугим, плотным узлом — слишком сложным и губительным.

В конце концов, что плохого в том, чтобы поцеловать его один разочек? Уверена ли я, что смогу остановиться? Нет, скорее я была уверена, что не захочу останавливаться!

— Прогуляемся? — предложил Эмин. — Вдвоем. Только ты и я. За Дариной присмотрят. Думаю, нам есть чем заняться.

— Заняться?

— Да, заняться.

Губы Эмина скользнули выше, медленно прокрались по подбородку к губам. Он неспешно распахнул губы и подул на мои, заставив задохнуться от жара и нахлынувшего желания. Меня буквально обдало зноем его желания и порока, заключенного в его дьявольски прекрасном теле и красивом лице. Господи, он идеален… Идеально сексуален и чертовски коварен! Пожалуй, мне не стоило играть с ним в «соблазни и оттолкни».