Мама на полставки

Едва не заорав вслух, я перезвонил детективу.

— Прочитал то, что ты мне прислал. Скажи, насчет последнего, это не липа? Это точно так? — спросил я взбудораженным тоном.

— Да. Все так. Они скрывают свои отношения, но все же есть свидетели, фото. Сведения — самые проверенные, из надежных и приближенных источников.

— Спасибо, сейчас переведу оставшуюся часть денег за расследование. С премиальными! — добавил с широкой улыбкой.

Савицкий смотрел на меня во все глаза, выглядел удивленным.

— Эмин, пять минут назад я был уверен, что придется вытаскивать тебя из черной ямы депрессии, но сейчас ты просто светишься от счастья! Все в порядке?

— Все просто замечательно!

Я знаю твой секрет, Анна, и на этот раз ты от меня не уйдешь. Не отвертишься, не улизнешь. Не обманешь. Я не оставлю тебе другого выбора, кроме варианта — стать моей. Полностью…

Глава 30

Аня

Посреди ночи я проснулась из-за дурного сна. Тело было в поту, сердце билось через силу и сжималось в груди от острой боли. Я с трудом села на кровати и выпила стакан воды, который всегда старалась оставлять возле кровати.

— Это сон, просто сон! — сказала я себе, но никак не могла отделаться от кошмара.

Мне иногда снились кошмары, с одним и тем же сюжетом. Сегодня мне опять приснилась авария, из-за которой я получила множество травм и потеряла ребенка. В кошмаре я снова лежала на асфальте, истекая кровью, вредитель умчался дальше, не попытавшись меня поднять или вызвать скорую. Я звала на помощь и не могла пошевелиться. Вокруг было так много моей крови, живот скручивало острыми приступами. Во сне я уже знала, что моей девочке, моей крохе не выжить после этого столкновения. Но я пыталась унять режущие боли в животе, положив на него окровавленную ладонь… Потом она звала меня. Моя нерожденная дочка. Звала тонким голосом из темноты: «Мама… Мамочка… Мама…»

Слезы заструились из глаз. Шатаясь, я встала и побрела в ванную, хотела умыться. Включила воду и опустила под нее свои руки, а они были в крови. Я испуганно вскрикнула и зажмурилась на несколько долгих секунд. Сердце грохотало во всю грудь, его биение отдавало мучительно частым дробным пульсом в ушах и давило на виски.

Несколько секунд я просто стояла так, слушая собственное сердце, на фоне едва слышно шумела вода. Спустя время я осторожно распахнула глаза, боясь посмотреть вниз, на свои руки. Мне казалось, они в крови, пальцы дрожали. Но когда я пересилила собственный страх, оказалось, что он был беспочвенным: мои бледные пальцы просто дрожали. Чистые руки… Ни капли кровавого пятнышка. Но где-то в глубине души я продолжала винить себя за смерть малышки: считала, что накликала беду, когда сокрушалась о беременности и считала, что ребенок был мне не нужен в тот сложный период.