Кротовский, побойтесь бога (СИ)

Я убрал кристалл вместе со сдачей в карман и вернулся в машину.

— Что скажешь? — спросила Ева.

— Честно говоря, мужик и в самом деле подозрительный. Только я пока не могу ухватить, что меня в нем смущает… жуликоватый он какой-то.

— Тут каждый второй жуликоватый, — баронесса покачала головой, — Тебя смущает только это?

— Не знаю, Ева. Давай понаблюдаем. Других зацепок у нас нет.

— Кротовский, ты серьёзно? Собираешься самолично шпионить за лавочником?

— А почему нет. Будет что-то срочное, Анюта позвонит. Какая разница, в машине сидеть или в кабинете."

"— Как скажешь, Кротовский.

На удивление, день выдался спокойный. Анюта звонила несколько раз, но личного моего присутствия вопросы не требовали. Все решалось по телефону. Мы с Евой досидели до обеда, а затем и до вечера.

Мужик из лавки не выходил, но помощник его Архипка пару раз мотался на рынок за продуктами. По большому счету ничего подозрительного, если не считать того факта, что мужик не только никуда не ходил, но и вообще не поднимался из-за прилавка. Если нужно было достать макр с витрины, он всегда звал помощника.

— Может он парализованный? — я выдвинул предположение.

— Почему ты так решил?

— За весь день с места ни разу не поднялся.

— Или просто лентяй.

— Сейчас проверим. Подошло время лавку закрывать. Теперь-то наверно встанет.

Но мужик не встал. Все сделал Архипка. И окна ставнями забрал, и дверь запер.

— Что теперь, Кротовский? Я из-за тебя сегодня отсидела все, что можно. Спина затекла.

— У лавки есть черный ход? — ворчание баронессы я проигнорировал.

— Должен быть.

— Давай сходим.

В сгущающихся сумерках мы вышли из машины и обошли лавку со двора. Я приблизился к двери черного хода, раздумывая, как ее открыть без лишнего шума, и услышал звук отпираемого замка.

— Назад, — шепнул Еве и потащил ее за куст.

Из-за куста мы видели, как из лавки вышел Архипка. Беспечно насвистывая, он пошел в сторону улицы. Ну это ладно, паренек в лавке скорее всего не ночует. Пошел домой по окончании рабочего дня. Меня насторожило другое. За ушедшим Архипкой кто-то запер дверь на замок.

— Все-таки не парализован, — сказала Ева, — Дверь смог закрыть.

— А в лавке точно никого больше нет?

— Кротовский, теперь я уже ни в чем не уверена. Смотри, свет на мансарде загорелся.

Для верности подождали, когда на улице полностью стемнеет, и снова подошли к двери черного хода. Я не придумал ничего иного, кроме как достать свой клинок.

— Кротовский, — Ева меня мягко отстранила, — Ты бы еще динамитом шарахнул.

Она достала из сумочки какие-то шпильки, повставляла их одну за другой в замочную скважину и я услышал легкий щелчок. Ева открыла дверь, делая мне приглашающий жест. Ловко. Теперь понимаю, почему ворюги так легко принимают ее за своего.