Мандаринка на Новый Год (СИ)

Что еще за Егор?! То Марк, то Егор! Откуда они все на его голову? Витька говорит, что он ей друг. Зачем Любе такой друг? Он дал ей то, что не смог дать сам Ник?

А спустя еще два дня Ник, шагая с работы, совершил весьма импульсивный, несвойственный ему поступок. И набрал номер, увиденный на сайт и засевший теперь намертво в голове. Нику ответил низкий мужской голос.

— Беркович, слушаю.

— Здравствуйте. Я бы хотел приобрести у вас… сувенир.

— Здравствуйте. Код изделия помните?

— Эээ… нет.

В трубке вздохнули.

— А что это? Опишите?

— Мандаринка.

— А, — Беркович вздохнул с облегчением. — Понял. Есть в наличии. Где и когда вам удобно?

Они встретились возле «Багратионовской». Егор приехал раньше, и Ник его сразу узнал, как только вышел из метро. Тот стоял спокойно и неспешно курил. Нормальный с виду парень, ну, патлатый, но лицо умное, интеллигентное. Отчего же такое острое желание врезать ему, да так, чтоб зубы повылетали? Ник глубоко вдохнул. Выдохнул. Зачем он вообще это затеял? Эту покупку, встречу? Посмотреть хотел, понять что-то? Понятнее не становится. Фиговее — да.

— Наверное, меня ждете? — Беркович обернулся на его голос. — Я за мандаринкой.

— Тогда вас, — тот улыбнулся, скупо, но вполне искренне, протянул руку. — Добрый вечер.

— Добрый, — пришлось ответить на рукопожатие.

— Вот ваш сувенир, — Егор протянул Нику пакет. — Проверяйте. Отличный выбор, кстати. Хорошая работа — простая, но сочная и лаконичная.

Ник раскрыл картонную коробку с мелким принтом. Внутри — ярко-оранжевый шар, как настоящий, словно присыпанный сахаром, с темно-зеленым листком.

— Оно? — интересуется Беркович.

— Оно, — соглашается Ник. — Это ваша работа?

— Нет, — усмехается Егор. У него приятная улыбка, открытая. И вообще — хороший парень, располагающий. Но желание дать в морду не отпускает. — Это Любина работа. Моей партнерши по мастерской. Мы всегда работы друг друга хвалим, свои-то неудобно рекламировать — так у нас заведено.

Внутри все просто цепенеет от этих слов — «мы», «у нас», «моей». Сжимает правую руку в кулак.

— Ну, если все в порядке…

Нет, ну нельзя так, этот Беркович действительно не виноват в том, что…

— Да, конечно, — Ник кивнул резко, полез во внутренний карман пальто за портмоне. — Спасибо.

— Вам спасибо, — Егор сунул деньги в карман своей куртки. Неожиданно подмигнул. — Надеюсь, ей понравится подарок.

— Это я для себя, — Ник ответил хмуро.

Беркович перестал улыбаться.

— Ну что же, тогда, надеюсь, мандаринка будет радовать вас. Всего наилучшего.

— До свидания, — кивнул на прощание, развернулся и быстро пошел к метро. Радовать?! Он вообще уже забыл, когда чему-то радовался.

Но Беркович оказался прав.