Маникюр для покойника

Ну насчет меня она, пожалуй, ошиблась, я как раз самое подходящее лицо для данной истории… А вот гориллоподобного толстяка, у которого жевательная часть головы превалирует над мыслительной, звать Слава. Ростислав, Мстислав, Вячеслав… Ладно, не станем придираться, имя есть, уже хорошо. Катя снесла бумаги Косте, это, наверное, и впрямь ценная вещь, раз она побоялась держать их дома. Но Костю убили, причем похоже, что убийца сделал это не из-за бумаг, ведь Слава их так и не получил! Женщина, которая явилась с обыском в квартиру Катукова, таинственная незнакомка, звонившая по телефону, пока я ни жива ни мертва стояла на подоконнике за занавеской… Она сначала рылась в письменном столе, потом чем-то щелкала и звякала и под конец сказала в трубку:

– Бумаг нету, Слава, скорей всего отдал бабам!

Потом погибла кассирша Рита, а в ее комнате царил погром, неизвестные грабители напали на Яну… Боже, значит, преступники идут тем же путем, что и я! Ищут документы у любовниц Катукова!

В полном ужасе я поглядела на часы – четыре утра.

Конечно, невероятное время для звонка, но ведь речь идет о жизни и смерти!

Пальцы с трудом попадали на кнопки, после гудков наконец раздалось:

– Алло!

– Нина, послушайте, никому не открывайте дверь… Вы слышите?

– Да, – ответил мужской голос, – вы кто?

Я испуганно замолчала.

– Кто вы? Немедленно представьтесь, – потребовал мужчина.

Я бросила трубку на рычаг. Господи, Нина говорила, что живет одна, а теперь, смотрите-ка, в четыре утра трубку снимает какой-то парень и нагло требует сообщить имя и фамилию! О чем это говорит? Да о том, что я скорей всего опоздала и на квартире у Нины Никитиной орудует милиция, а хорошенькой парикмахерши небось нет в живых!

До утра я не сомкнула глаз.

Потом день понесся колесом. Сначала разбудила Юлю и Сережку. Кирюшка блаженно спал в кровати. Температура у него давно упала, горло не болело, но ребенок обязан в случае простуды отлежать неделю в постели, иначе неминуемы жуткие осложнения на сердце, легкие, печень и почки… Впрочем, Кирка не спорил, услышав, что я собираюсь задержать его дома.

Юля и Сережка, чтобы не разбудить мальчишку, принялись свистящим шепотом ругаться в коридоре."

"– Где мои ботинки? – шипел муж.

– Да вот они, в куче, глаза разуй, – ответила женушка.

– Здесь один черный, другой коричневый!

– Не знаю, я их не надевала.

– А куда подевались перчатки?

– Валяются под стулом.

– Не дом, а бардак!

– Сам виноват, бросаешь все куда попало.

– А куда надо?

– Ну не знаю, на полочку, наверное, очень уж ты неаккуратный.

– Сама хозяйка фигова, на полы погляди, кругом пыль, грязь и собачья щетина!

– Во-первых, у собак не щетина, а волосы, – отрезала Юля, – а во-вторых, возьми пылесос и убери, мне некогда, вернусь около одиннадцати ночи, дежурю по номеру.