Маньяк между строк

Он, напротив, расспрашивая вас, показывал большое любопытство и участие в обстоятельствах вашей собственной жизни, удачах и неудачах, которыми обыкновенно интересуются все добрые старики».

– А это откуда? – поинтересовался я, но Виктория, как и я, не имела ни малейшего понятия. Откровенно говоря, эти слова вообще не ассоциировались с Гоголем. Так мог написать кто угодно: Тургенев, Аксенов, да хоть бы Устинова. Но слава современным поисковикам! – Гугл сопоставил дословно, и выяснилось, что цитата все-таки гоголевская, из «Миргорода», к тому же обрезанная на середине.

Следующий плакат, также приуроченный к Году Гоголя в университете и также фиолетовый, был краток:

«Как ни глупы слова дурака, а иногда бывают они достаточны, чтобы смутить умного человека».

– Гм, снова про дураков. Однако намечается тенденция, – Виктория на секунду задержалась и отправилась дальше.

Дальше шел снова голубой плакат и снова «Записки сумасшедшего»:

«Отчего я титулярный советник и с какой стати я титулярный советник? Может быть, я какой-нибудь граф или генерал, а только так кажусь титулярным советником?»

– Какое необычное у них тут отношение к творчеству Николая Васильевича, – проговорила Виктория, оглядывая здание и территорию вокруг."

"К слову, само здание тоже было необычным. Ни тебе университетских колонн, ни даже хотя бы советской бетонно-стеклянной высотки. Филологический факультет вместе с отделением журналистики и пиара занимали небольшое буквой «П» выстроенное здание, напоминавшее типовой детский садик. Впрочем, стоило присмотреться и в глубине паркового квадрата, образованного кустами шиповника, стали заметны остатки детской площадки. Остов ракеты, грустно накренившийся и смотрящий в серый просвет неба между двумя скучными типовыми пятиэтажками, и остатки песочницы, которую уже много лет никто и не думал наполнять песком.

Мы вошли в здание. Внутри тоже были установлены два плаката: фиолетовый и голубой. Виктория остановилась рядом. Фиолетовый сообщал:

«Грешки грешкам – рознь. Я говорю всем открыто, что беру взятки, но чем взятки? Борзыми щенками. Это совсем иное дело».

А на голубом плакате красовалось:

«Да, таков уже неизъяснимый закон судеб: умный человек – или пьяница, или рожу такую состроит, что хоть святых выноси».

Если от предыдущих цитат у нас осталось ощущение, что они выхвачены наугад, первые попавшиеся, то, по крайней мере, две последние цитаты опознать удалось без помощи гугла. Это был, конечно, «Ревизор».

– Вика, что за ерунда? – Я показал на экран.

– Что тут у них творится? Я бы скорее так поставила вопрос, – задумчиво сказала Виктория, оглядывая холл, куда, вопреки обещаниям, никто не вышел нас встречать.

Обратиться тоже было не к кому.