Маскарад в стиле ампир

На Хартли место произвело неприятное впечатление, но леди Крифф не скрывала восторга.

— О, если бы я знала, что здесь так мило, я бы поселилась в Ковхаусе, когда кузина Вера пригласила нас жить с ней.

Хартли удивился. Почему леди Марчбэнк должна была пригласить леди Крифф и Дэвида жить в ее доме, когда у них было свое имение?

— Вы хоите сказать, что она пригласила вас после смерти мужа?

Она испуганно смотрела на него, не понимая.

— Да, именно это я и хотела сказать, — вдруг спохватилась леди Крифф.

— Она хотела, чтобы вы и Дэвид жили с ней?

— Да. Дэвид был тогда совсем ребенок, да и я была моложе. У Дэвида есть дядя, он же его официальный опекун. Он смог бы присмотреть за Пентвортом. Кузина Вера считала, что нам неплохо переменить на время обстановку. Я не имела в виду постоянное местожительства.

— Понятно. — «Хотя она сказала „жить“ именно в смысле на постоянное местожительство», — подумал Хартли.

Мойра была рад, когда экипаж остановился и грум спрыгнул со своего места, чтобы открыть дверцы и помочь им выйти. За ним спрыгнул и Джонатон.

— Клянусь Богом, это было нечто! Кучер разрешил мне править — он тоже придерживал поводья, но правил я сам.

— Лучше сними пальто мистера Хартли, пока мы не вошли, — сказала Мойра.

Джонатон повиновался и взял корзинку. Леди Марчбэнк уже ждала их — она сама вышла встречать гостей. Мойра тщетно пыталась вспомнить эту родственницу. У нее были сведения, что лет пятнадцать тому назад кузина навещала ее родителей, но в ту пору к ним часто приезжали родные. Внешность леди Марчбэнк ни о чем не говорила девушке: высокая сухопарая пожилая дама в старомодном кружевном чепце казалась совсем чужой. У нее был большой нос, совсем как у Джонатона, но для женщины он был слишком велик. В серых глазах стояли слезы.

Она заключила Мойру в объятия и расцеловала в обе щеки.

— Красавица! Ты стала настоящей красавицей! Я это предвидела, когда ты была еще маленькой.

Она повернулась к Джонатону.

— А это маленький Дэвид, — сказала она, хитро посмотрев на Мойру, словно желая сказать: «Видишь, я помню, что его нельзя называть Джоном».

Затем обратилась к Хартли:

— Этого молодого человека что-то не припомню. Не твой ли кузен, Бонни?

В газетах не сообщалось первое имя леди Крифф, поэтому они выбрали Бонни как звучащее в шотландском стиле.

— Это мистер Хартли. Он остановился в той же гостинице и любезно согласился подвезти нас, — поспешно объяснила Мойра, подумав, что нужно было предупредить кузину Веру письмом об изменении в их плане.

Хартли поклонился.

— Очень любезно с вашей стороны, — поблагодарила леди Марчбэнк. — Но что это мы стоим в дверях? Входите, входите. Нам уже готовят вкуснейший чай. Мою повариху зовут Крук [10]. Я всегда зову ее Крук. Как вам нравится это имя? Она сама его ненавидит.