Мастера детектива. Выпуск 2

Кроме того, это было бы бесполезно и бессмысленно. Вы сказали: «Заставьте их прекратить это». Как я понимаю, вы хотите, чтобы я заставил ФБР прекратить слежку?

– Да.

– Как?

– Не знаю.

– И я не знаю. – Он покачал головой. – Нет, мадам. Вы сами навлекли на себя неприятности. Я вовсе не хочу сказать, что не одобряю рассылку этих книг, однако я согласен с вашими адвокатами в том, что это было донкихотством. Дон–Кихот терпеливо переносил свалившиеся на него беды, и так же должны поступить вы. Не может же ФБР вечно вести за вами слежку, вы сами сказали, что вы не конгрессмен и не какой–то там служащий, который боится потерять место.

Однако книг больше не посылайте.

Посетительница сидела, кусая губы.

– А я–то думала, что вы никого и ничего не боитесь.

– Я избегаю ошибок, а это вовсе не значит, что я чего–то боюсь.

– Я уже сказала, что, кроме вас, мое поручение никто не сможет выполнить.

– В таком случае вы находитесь в исключительно трудном положении.

Миссис Бранер открыла сумку, вынула чековую книжку и, заполнив бланк, подошла к письменному столу Вульфа.

Она взяла чек, выписанный ею раньше, и заменила его новым. Затем снова расположилась в кресле.

– Эти сто тысяч долларов – всего лишь аванс, – сообщила она. – Все расходы я буду оплачивать отдельно. Если вам удастся выполнить мое поручение, то, кроме аванса, вы получите гонорар, сумму которого определите сами. Если не удастся – сто тысяч все равно останутся вам.

Вульф взял чек, внимательно посмотрел на него, положил обратно, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Зная Вульфа, я понимал, о чем он размышляет.

Не о предложении, ибо он уже сказал, что оно было абсурдным, – он задумался над тем привлекательным обстоятельством, что со ста тысячами долларов в кармане, полученными пятого января, ему вообще не понадобится брать какую–либо работу не только в течение зимы, но и весной и даже летом. За это время он прочтет сотню книг и выведет не менее сотни новых орхидей. Рай, одним словом. Губы у него скривились – это означало широкую улыбку. Он наслаждался. Ну, полминуты на это еще можно было потратить, имеет же человек право помечтать, но, когда прошла целая минута, я кашлянул. Вульф открыл глаза и выпрямился:

– Арчи! Что ты скажешь?

Значит, предложение его основательно заинтересовало. Не исключена возможность, что вопреки здравому смыслу он может впутаться в это дело. Чтобы предотвратить такое легкомыслие, следовало сперва отделаться от посетительницы, да поскорее.

– Ну, не с места в карьер, – ответил я. – Предложений у меня нет, но замечание есть.