Мастера детектива. Выпуск 2

В лучших традициях детективных романов он надел коричневые перчатки, которыми пользуются для черной работы чуть не все в доме. В кармане у него было поддельное колье. Он тихонько поднялся по лестнице. Поскольку никакого света под дверью он видеть не мог, он, естественно, предположил, что в кабинете темно и пусто. Но там не было темно и не было пусто. Сэра Мориса Лоуза, как мы уже много раз слышали, обманывать не пришлось.

– Спокойно, Елена! – пробормотал дядя Бен, сжимая ее плечо.

Елена резко высвободилась.

– Уж не обвиняете ли вы моего сына в убийстве собственного отца?

И тут наконец заговорил Тоби. Под безжалостным светом маяка, разоблачившим его лысинку, Тоби стоял в углу, куда он сам себя поставил, будто пораженный внезапным открытием. Он украдкой огляделся. Потом, по–видимому, вдруг решив, что остальные зашли чересчур далеко, что это уж слишком, он сперва оцепенел, а потом недоверчиво выговорил:

– В убийстве?

– Представьте себе, юноша, – сказал мосье Горон.

– Да вы что? – несколько агрессивно произнес Тоби. Он выбросил вперед руки, как бы собираясь отпихнуть мосье Горона. – Не думаете же вы, что я убил папу?

– А почему бы нет? – спросил Дермот.

– Почему бы нет? Убить родного отца? – тут ошарашенный Тоби просто не нашелся с ответом. Он уцепился за другое: – А про эти проклятые «коричневые перчатки» я до вчерашнего вечера и слыхом не слыхал. Ева ничего мне не говорила, а потом вдруг выложила мне про них у Прю. Надо же! Я был потрясен! Да я же, в общем–то, сказал ей вчера. Ну и вам я уже, в общем–то, сказал, что коричневые перчатки никакого отношения не имеют к папиной смерти и ни к чьей смерти. Господи, да неужели же вы не понимаете? Папа был уже мертвый, когда я туда вошел!

– Все ясно, – сказал Дермот и ударил ладонью по столу.

От звука этого удара у всех окончательно разгулялись нервы. Тоби отпрянул назад.

– Что значит – все ясно?

– Ничего. Так на вас были коричневые перчатки?

– Ну… да.

– И, войдя к отцу, чтоб его ограбить, вы нашли его мертвым?

Тоби отпрянул еще на шаг.

– Почему «ограбить»? Вы же сами говорите, что это сильно сказано. Я не собирался его грабить. Но как же еще я мог бы добиться своего, в общем–то никому не сделав зла?

– Знаешь, Тоби, – не без благоговейного ужаса заметила Ева, – ты прелесть. Ты просто прелесть!

– Оставим в стороне этические соображения, – предложил Дермот, усаживаясь на край стола. – Просто расскажите нам все по порядку.

Тоби весь затрясся. Он уже не мог бодриться. Он вытер ладонью лоб.

– Что уж тут рассказывать. Но вам удалось смешать меня с грязью при моей матери и сестре. Так что лучше уж мне излить душу. Ладно. Я все это сделал. Все, как вы рассказали. Я поднялся наверх сразу же, как поговорил с Евой. В доме было тихо.