Мать-и-мачеха (СИ)

— Ты поедешь со мной? — тут же вопросила Пэтси, и глаза ее алчно загорелись.

Владимир мысленно усмехнулся. Она спрашивает это потому, что будет скучать, или ради выгоды? Для концерта понадобятся костюмы, украшения, косметика. Ему совершенно не хотелось быть только щедрым кошельком. А в том, что Пэтси искренне полюбила его как мужчину, он сильно засомневался. Засомневался во многом после встречи с Марьей.

— Нет, не поеду, — отрезал он. — У меня здесь много дел.

Пэтси недовольно поджала губы. Хотела спросить, всерьез ли он говорил насчет расставания, но не решилась. В ее блондинистой голове созрел другой план. Она точно знала, как накрепко привязать к себе мужчину.

— А твой день рождения? — вспомнила она.

— До него еще целых три месяца, — напомнил Владимир. — Ты слишком рано начала подготовку.

Так же, как и к свадьбе, которая вряд ли состоится.

— Я так люблю тебя, — выдохнула Пэтси. Уловив настрой Владимира, как много раз до этого, попыталась притвориться той, кем никогда не являлась. — Буду ужасно скучать.

Но это уже не действовало…

Глава 37

Пэтси пришлось уехать.

Но она была бы не она, если напоследок не подгадила. Пока Владимир отлучился по делам, она чуть ли не пулей, забыв о сборах, рванула к Марье. Пэтси так спешила, что не обращала внимания на комья земли, прилипавшие к туфлям. И на то, что пробежалась по клумбе, помяв нежные цветы колокольчиков. Даже Крендель, встретивший нежданную гостью громким неодобрительным лаем, не стал преградой.

— Пошел вон! — приказала Пэтси, попытавшись пнуть щенка.

Марья вышла на крыльцо как раз в тот момент, когда запыхавшаяся, красная Пэтси выбежала из ближайших зарослей. Она с ненавистью прихлопнула бабочку, посмевшую сесть на лицо. Но приветливо улыбнулась, увидев главную жертву.

— Марья!.. — провозгласила Пэтси, спеша навстречу и распахивая объятия, как будто случайно встретила лучшую подругу. — Как я рада, что застала тебя дома!

Марья удивилась, но не подала вида. Машинально сложила на груди руки, как будто отгораживаясь от Пэтси.

— Ты что-то хотела? — поинтересовалась в ответ.

Само присутствие Пэтси было ей неприятно. А учитывая то, как она вчера настойчиво выгоняла ее из особняка, тем более.

— Извиниться, — выдохнула Пэтси. Приложила руку к бешено бьющемуся сердцу. Мысленно сожалея, что приходиться любезничать с этой “кухаркой”, едва уловимым жестом промокнула кончиками пальцев лоб. — Вчера я нагрубила тебе.

Она хотела добавить “прости”, но губы, не привыкшие к подобным фразам, не послушались.

— Сама не знаю, что на меня нашло, — добавила Пэтси. Хитро прищурилась. — Хотя нет, знаю. Это все гормоны.

— Гормоны? — переспросила Марья, непонимающе поморгав.

— Именно! — Пэтси сверкнула глазами. — Ты же понимаешь, сама мама...