Mayday. Я влюбляюсь

– Ну-у, про это точно не думала. Скорее, про наркотики там всякие, – чуть тише добавила в конце.

– Че-го? – удивился Алик.

С кем его только не путали, кем не обзывали, но точно не наркодилером.

– А что? Ты вечно какие-то поставки обсуждал. По телефону шептался, что не хочешь в тюрьму.

Вот тут Алик уже не сдержал смех и заполнил им пустой коридор этажа. Ника захихикала следом, чувствуя легкость в теле и покалывания в тех местах на спине, которых касалась его рука – он ненавязчиво и при всем настойчиво удерживал ее рядом.

– Если тебе станет легче, то в тюрьму я не хотел за партию краденных телефонов из Америки, которую один из официальных поставщиков предлагал подлатать, перебить и отправить в продажу у нас за большие деньги.

Ника понимающе кивала, а сама косилась на высокого рыжего парня – на его мягкую улыбку и добрые глаза, ямочки на щеках и выразительные губы.

Алик зашел в квартиру первым, чтобы выключить сигнализацию, и у него из-под ног послышался хруст. Ника шагнула следом: стекло. Дверь за спиной захлопнулась с громким звуком, вернувшим с небес на землю. Холодную, твердую землю.

Девушке стало не по себе. На полу валялись осколки зеркала, дорожка разбитой посуды вела на кухню. Стул и вешалка в прихожей были перевернуты. Здесь без сомнения состоялся скандал. А Ника ведь и думать забыла о том, что у Белозерова тоже могла быть личная жизнь. Точнее, казалось, ее это не волновало. Но вот на лицо факты, подтверждавшие существование незримой пассии Алика, и настроение внезапно скатилось к нулю.

А как же поцелуй?

– Обуй тапки и пройди пока в комнату, нужно пропылесосить.

Алик даже бровью не повел. Ушел, вернулся с веником и совком. А Ника так и не двинулась с места.

– Я могу помочь, – предложила она.

Чувствовала причастность к этому беспорядку и хотела сделать хоть что-нибудь. Для Алика. Потому что он уже сделал для нее слишком много.

– Я справлюсь, – ответил Белозеров, подмигнув, и бросил перед ней уже испробованные в прошлый раз шлепки. – Возьми удобную одежду в шкафу. Сейчас там полно маек и шорт. Подготовился.

Опять тепло. Ника выбросила всю чушь из головы. Ей хорошо, не это ли главное? Давно так не было. Если вообще хоть раз.

Алик тоже был рад. Был рад, что все целы, она рядом. Он не интересовался, почему Ника напилась, догадывался примерно. А зачем глубже лезть? Он и сам бы не хотел посвящать никого в подробности последних двух дней. Прошлое должно оставаться прошлым. Особенно когда настоящее – вне всяких похвал.

Спустя несколько минут Ника переоделась в белую футболку и широкие серые шорты, пояс которых пришлось затянуть, обернув вокруг талии дважды. Она уже десятый раз подряд пыталась заплести перед зеркалом божеского вида косичку из непослушных волос, но выходило плохо.