Мажор в деревне (СИ)

Давно надеется, что я образумлюсь и женюсь на единственной наследнице владельца сети супермаркетов по всей стране. Сейчас мама начнет объяснять Илоне, что моя свадьба с Леной – необходимость, как только получу наследство, я разведусь и женюсь на ней. Она уже давно держит мою подругу на коротком поводке, вместо меня ей что-то обещает.

Их появление раздражало, а тут еще Лене отвели роль дурочки, которую можно использовать и выкинуть. Я и так с трудом себя сдерживал, но когда понял, что Лена может уйти, остатки терпения лопнули. Я и так психую из-за слоя мази, из-за зуда, жжения, боли в руках. Воробушек – мой комфорт, душевная нирвана, адреналин, сумасшедший калейдоскоп чувств – и они меня этого чуть не лишили. Дед у нас мировой мужик, все понял, а то, что не понял, у друга своего старинного выпытает вечером за бутылкой коньяка.

Все это я и рассказал Лене. Старался смягчить некоторые факты, опустить кое-какие моменты, а то сбежит. Я  ее все равно не отпущу, но не хочется усложнять себе жизнь там, где можно обойтись без этого. Пора уже двигать наши отношения резко вперед. Лена все еще переваривала услышанное, а мне нужна была она."

"— Я хочу тебя поцеловать, но не хочу измазать, — развел руки, показывая, что до сих пор весь в жирной мази, она, по-моему, не собирается впитываться. — Ты купила себе сменку? — спросил, косясь на пакеты.  Воробушек кивнула. — Тогда переодевайся, буду тебя пачкать.

— Вадим, зачем ты сказал, что я твоя невеста? — спросила Лена. А я надеялся, что мне удалось обойти эту тему. — Ты солгал, поэтому твоя мама ухватилась за возможность получить наследство, но я ведь…

— Воробушек, ты слишком много говоришь. Официально я тебе предложение не делал, но это не значит, что его не будет.

— У нас было только одно нормальное свидание, — возмутилась она.

Понятно, девушки большое значение придают конфетно-букетному периоду. У нас, мужиков, все проще. Понял, что моя – пора тащить в берлогу, а цветы и конфеты я могу на год вперед подарить.

— Будут у нас еще свидания, — притянул к себе и поцеловал. Не хочет переодеваться, пусть ходит с масляными пятнами. Мне нужна моя доза обезболивающего. Никакого «фу» не последовало, Лена прижалась ко мне и ответила на поцелуй. Вот это нормальная женщина… моя женщина.

А потом она меня накормила. Остаток вечера целовались, сидя на кровати. Жаль, палата не запирается, но я подпер дверь стулом. Конечно, поцелуев было мало. Там-то у меня ничего не обгорело, работает все как швейцарские часы, но с ожогами и бинтами не разгонишься. Передернуть в душе – и то не вариант! Долбаный мазохист во мне целовал любимую женщину, мучился от снедающего желания и терпел. Зато воробушек была спокойна и счастлива.