Мечник (СИ)

Кажется, досадное недоразумение в наших с Вистой отношениях было устранено.

— А ты точно решил, что не хочешь вернуться домой и стать полноценным владельцем замка? — тихо спросила девушка, глядя куда-то в сторону."

"Первым порывом было усмехнуться, мол, что в этом интересного? Маленький, на ладан дышащий замок в захудалой провинции не самого богатого герцогства. Настоящий медвежий угол, где лорд вынужден влачить жалкое существование на доходы с двух небольших деревень и где из развлечений — одна только охота, которую я никогда не понимал, да поездки к таким же скучающим лордам, живущим по соседству. Ерунда какая-то, ей-богу!

Однако, немного поразмыслив, я решил не вдаваться в подробности. Ведь это для меня, человека из другого мира, замок Кри выглядит серой провинциальной дырой, а для многих моих соучеников быть лордом даже такого замка — предел мечтаний.

— Да, — просто сказал я. — Я хочу быть магом и хочу, чтобы рядом была ты.

Виста постаралась сохранить невозмутимость, и, будь мне действительно восемнадцать лет, я мог бы не заметить или не понять блеска глаз и чуть наметившейся улыбки в уголках губ. Но помещенный в тело юноши тридцатилетний разум жителя другого мира легко узрел все эти признаки и выводы сделал правильные. Чрезвычайно для меня лестные.

— Через неделю приедет комиссия из Магического приказа, а через месяц нас распределят по рабочим местам. Нас могут отправить на противоположные концы империи, и только через год можно будет просить о переводе в другое место, — напомнила Виста.

— Лично я готов ждать целый год. Хотя это и будет нелегко.

— Почему, Тео? С чего такое резкое преображение? — девушка повернулась ко мне и теперь требовательно сверлила взглядом. — Совсем недавно с тобой было невозможно нормально разговаривать.

— Случилось то, что я почти умер. Только Анхель Молар и та драка тут совсем ни при чем, просто так совпало. Болезнь чуть не прикончила меня, я уже практически видел мир мертвых. Сам не знаю, как выкарабкался, что удержало меня здесь. Ольмо Рикс сказал, что так бывает: если человек переживает жесточайший кризис во время болезни, то после него следует выздоровление. В общем, это было очень страшно, я не то что по грани прошел — чуть за нее не упал. Тут хочешь не хочешь — задумаешься и станешь переосмысливать свое отношение к жизни.

— Поэтому ты уверен, что болезнь не вернется?

— Да. Тем более что тут дело может быть в каком-то хитром древнем проклятье, которое могло обнулиться от близости загробного мира.

На самом-то деле я так не думал. Но, чтобы как-то объяснить преображение Теодора, не посвящая людей в нашу с ним тайну, иногда приходится вертеться, как уж на сковородке.